А топала она, как и все ежи, ужасно громко!

Дедушка ёжик валидол под язык запихал и стал думать, как теперь выкручиваться, чтобы внучку-злодейку уложить, ведь её ежиные родители ещё не скоро вернутся: они по важному ежиному делу уехали - на своём загородном участке дачу строить.

Пришлось ёжику на ходу сказку придумывать.

– В молодости, - говорит, - был я влюблён в одну ежиху...

– Это неинтересная сказка!
– кричит внучка и опять ногами дрыгает.
– Я про эту ежиху всё-всё знаю! Это моя бабушка!

– А вот и нет!
– отвечает ёж.
– В бабушку твою я потом влюбился, а эта ежиха...

– А-а-а!
– рыдает внучка.
– И про эту ежиху я тоже всё знаю! Звали её Федула! Была она большая-пребольшая! Как дом, огромная! И цвета синего, и на лягушку похожа с ластами, а на голове - шляпа лиловая в жёлтый горошек, а в руках - сумка хозяйственная, а в сумке - белый таракан живёт, его Августин зовут, это он от страха белый, боится, что его с мухоморами съедят, и чёлка у него рыжая, её парикмахер-муравей укладывал, потому что этот таракан на свидание шёл, а невеста у него была козявка Матильда, работала она в магазине канцтоваров уборщицей!..

– Хватит! Хватит!
– закричал дедушка-ёж.
– Не был я знаком с синей ежихой Федулой! Моя ежиха была серая и звали её Ангелиной, и шляпа у неё была небесно-голубая в клеточку, и в руках у неё всегда был малиновый ридикюль (это сумочка такая старомодная), и жил в том ридикюле вовсе никакой не таракан, а учёная гусеница Люся зелёного цвета, она умела до ста считать и записную книжку перелистывать, а потом под нужным номером телефона ложиться, чтобы удобнее звонить было. Удивительно умная гусеница! Но только один раз она вдруг окуклилась - куколкой стала. И какая симпатичная куколка вышла: с голубыми глазками, с красными щёчками, с чёрными бровками и с жёлтыми кудряшками. К тому же она была в розовом платье и похожа на куклу Барби, только звали её по-прежнему Люсей. Моя дорогая Ангелина села шить для неё наряды: с перьями, с мехом, с цветами как вдруг неблагодарная куколка Люся возьми да и превратись в бабочку!

– Я, - говорит, - теперь не Люся, я теперь Людмила.

И упорхнула на цветочный луг, даже адреса не оставила!

Дедушка ёж перевёл дух и увидел, что внучка закрыла глаза и засопела. Дедушка вытер пот со лба и откинулся на спинку кресла.

– Надо же такую абракадабру выдумать!
– подумал он.

Ему представилась синяя ежиха, огромная, как дом, с крышей-шляпой в жёлтый горошек. Она шла к нему на свиданье, громко шлёпая ластами и размахивая хозяйственной сумкой. Под мышкой у неё сидел свирепый белый таракан. Таракан заливался лаем.

Дедушка ёж поёжился и запихал под язык ещё одну таблетку валидола.

Обидчивое облачко

Поселилось однажды на небе одно обидчивое облачко. А утром выкатилось на небо солнце. Улыбнулось, потянулось, расправило лучики и засияло во все стороны.
– Противное солнце!
– обиделось облачко.
– Опалило мне бочок. Ай, как больно! Кто теперь подует?! Ветерок! Ветерок, лети сюда! Подуй скорее на мой обожженный бочок!
– Ф-ф-фу!
– дунул ветерок.
– От этого дуновения облачко отлетело далеко-далеко в сторону.
– Противный ветерок, - обиделось облачко.
– Сдунул меня с места! Закинул в такую даль, за тридевять земель! А здесь совсем не так хорошо, как там!
– облачко хотело заплакать, но сдержалось. Оно копило в себе слёзы и обиду копило: на солнце и на ветерок. От накопленной обиды оно даже потемнело.
– Облачко, ты что-то чернеешь! заметил пролетавший мимо аист.
– Может быть, тебе не здоровится? Может быть, нужно лекарство?
– Ничего не нужно!
– облачко опять обиделось Невоспитанный аист! Обязательно нужно сообщить мне, что я плохо выгляжу! Какой противный!

И оно ещё больше потемнело от обиды.
– Посмотрюсь-ка я в озеро! решило облачко.
– Может, я и в самом деле выгляжу ужасно?
– Облачко заглянуло в озеро и увидело там... большую чёрную тучу!
– Ах, это безобразное озеро! Так уродливо меня отражать! Все меня обижают!
– и облачко расплакалось.

А на земле все увидели, что из большой некрасивой чёрной тучи идёт дождь. Туча плакала, плакала, пока не исчезла совсем. И на небе снова засияло-заулыбалось ясное светлое солнышко.

Вот видишь, мой дружок, как плохо быть обидчивым. Как только начнёшь копить в себе зло и обиду, сразу рискуешь превратиться в чёрную тучу, а потом и вовсе исчезнуть!

А солнышко ни на кого не обижается, поэтому и смеётся всегда - от радости!

БУМАЖНЫЕ БЕДЫ В БУМАЖНОМ СЕМЕЙСТВЕ

На просторах Вселенной, хотя и не в нашей галактике, вращалась вокруг своей оси бумажная планета. Она так и называлась - Бумаженция. На планете был свой лес, разумеется, бумажный, бумажная же речка, бумажные горы и много-много бумажных домов. В одном из таких домов жил бумажный человечек с большими ушами, звали его Тамси-Памси, и его бумажная жена, Мумси-Люмси, с бумажной авоськой в руке. Ещё у Тамси-Памси была дочка Кукси с двумя бумажными косичками, бабушка Бумси и дедушка Думси. У дедушки Думси, как у всякого уважающего себя дедушки, была длинная бумажная борода.

Тамси-Памси ходил на бумажную работу, помахивая ушами. Там он целый день перекладывал бумажки слева направо, а потом справа налево и ужасно уставал. В это время Мумси-Люмси ходила в магазин, приносила бумажные продукты в своей авоське и кормила всю семью вкусным бумажным обедом. Бабушка Бумси вязала тёплые бумажные шапочки и уютные бумажные носочки, а по праздникам готовила бумажные блинчики и бумажную лапшу. Дедушка Думси по утрам накручивал на карандаш свою бумажную бороду, потом полдня наигрывал на бумажной дудочке и читал бумажные газеты. .