Шрифт:
– Ладно, - сказал он потом, - я приведу тебе фокусника.
– Спасибо, папа, - улыбнулась Наргиз.
И тут отец снова увидел, как взгляд ее сделался томительно долгим, каким он бывает, когда, обычно, Наргиз прислушивалась к своему телу в мучительном ожидании боли. Он беспомощно сморщился - на сердце нахлынуло что-то горячее, скоблящее...
– Иди, папа, - с трудом произнесла Наргиз.
– Спать буду... Он на цыпочках вышел из комнаты.
Шли дни, окрашенные в пурпурный цвет боли. Наргиз помнила, что обещал ей отец и знала, что помнит, об этом и он, и потому не напоминала ему. А только терпеливо ждала. С надеждой, растущей день ото дня, час от часу, она бессознательно, бездумно ждала фокусника, боясь чем-то извне, что сильнее, реальнее ее чувства и ее мечты, разрушить в себе этот хрупкий хрустальный храм надежды. И потому, даже с родителями она ни разу не говорила о фокуснике и о надеждах, которые исподволь возлагала на него и которые все больше крепли в ней. Инстинктивно защищаясь от внешних противоречий, которые могли бы предъявить свои требования к этой мечте, она всячески старалась застраховать этот хрупкий храм, поместить его целиком в рамки логичного, заземлить свою мечту и не витать в облаках. Где-то в себе она неосознанно чувствовала, что, только оттолкнувшаяся от реальности, связанная с реальной жизнью, мечта даст ей силы и дальше жить надеждами на осуществление этой мечты. И так как она очень уж страстно этого хотела, то ей удавалось, не разрушив, перенести свой хрустальный храм на твердую, пыльную землю. Например, она думала:
"Если бы фокусники могли лечить людей, то никто бы тогда не умирал". И эта мысль, простая и ясная, грозила смести все ее мечты. Тогда она возражала сама себе - во-первых, хороших фокусников очень мало, а, таких, которые могут сделать чудо, - вовсе, может, несколько человек на свете. Но папа найдет ей именно такого... И потом, если бы фокусники помогали людям, лечили бы их болезни, что бы тогда делали врачи? А ведь им тоже надо что-то делать...
Наргиз думала так, или примерно, так и, добившись в своих мыслях успокоительной и вполне достаточной для нее логичности, счастливо улыбалась и продолжала надеяться и ждать.
А дни шли за днями, и так прошла неделя.
И однажды утром отец сказал ей:
– С Новым годом, Наргиз. Сегодня Новый Год...
– А-а...- сказала она безразлично.- Спасибо...
И когда потом папа сказал, что завтра придет к ней фокусник, Наргиз, казалось, расцвела, счастливо улыбнулась.
Что значил теперь какой-то Новый год по сравнению с фокусником, который придет к ней завтра?.. Если бы не елка, пушистая, нарядная елка, стоящая в углу комнаты и убранная мамой только ради нее, Наргиз, она бы и не вспомнила, что сегодня Новый год... Но фокусник!..
Папа куда-то ушел, а мама, как всегда, возилась в кухне... Наргиз поднялась с постели, накинула на плечи поверх рубашки большой шерстяной платок и села на подоконник. Двор был покрыт тонким слоем снега, и дети, толстые и неуклюжие в своих пальто сгребали этот снег каждый к себе и делали из него выжатые, жалкие снежки. Наргиз, завидев среди них своих друзей, помахала им рукой. Мальчик и девочка подошли к окну Наргиз.
– Папа сказал, что завтра к нам придет фокусник, - радостно сообщила она им, чуть приоткрыв окно.
– А сегодня Новый Год, и к нам придет Дед Мороз, - сказала девочка.
– И Деды Морозы и фокусники приходят по ночам, - со знанием дела заявил мальчик.
– Они приходят по ночам, когда дети спят, оставляют подарки и уходят. К тебе разве так не приходил Дед Мороз?
– Приходил, - вспомнила Наргиз.
– Я его не видела только.
– Потому что ты спала, - сказал мальчик.
– Мой папа каждый раз говорит, когда Новый год, - завтра, говорит, к тебе придет Дед Мороз. А я просыпаюсь утром, и оказывается, что Дед Мороз, был ночью, когда я спал. Оставил подарок и ушел. Они ночью приходят. Так что смотри, не прозевай своего фокусника...
– А Дед Мороз не придет ко мне?
– спросила у мальчика Наргиз.
– Нет, - уверенно ответил мальчик.
– Раз к тебе придет фокусник, то Дед Мороз не придет, потому что фокусник - это тоже -подарок, как и Дед Мороз... и прибавил: - только не засни, а то прозеваешь фокусника, и он сделает с тобой чудо, когда ты будешь спать, и ничего не увидишь...
"Какой ужасно умный мальчишка", - подумала, с уважением глядя на него, Наргиз, а вслух она сказала:
– Ладно, я не прозеваю. Все равно я не сплю ночью. Не прозеваю...
– А почему ты не спишь ночью?
– спросил мальчик.
– Не могу спать...
– Тебе и ночью бывает больно?
– спросила девочка.
– Да. И ночью.
– А у вас есть елка?
– спросила девочка.
– Да, есть, - равнодушно ответила Наргиз.
– Большая?
– Да, большая. Мохнатая.
– И у нас большая. И много игрушек.
– И у нас много игрушек, - сказал мальчик.
– Ты любишь игрушки?
– спросила девочка.
– Не знаю...
– сказала Наргиз.
– А куклы? Куклы любишь? ,
– Не знаю... ,
– У тебя, наверно, нет кукол?
– спросила девочка.
– Есть...
– сказала Наргиз.
– Две... Нет, три куклы.
– Они кричат? Капризничают?
– Нет, - сказала Наргиз.
– Они не могут капризничать. Потому что они не живые.
– А когда мы с Рустамкой вырастем, - сказала девочка и показала на мальчика, - мы поженимся друг на друге. И у нас будут дети. Настоящие. Они будут капризничать. Мама говорит: чтобы были дети, надо жениться друг на друге...