"Мой милый "стандарт", в модной замшевой куртке, с карманами и кармашками, застежками "молниями". До чего же фасонист, хотя и на серьезной работе!"

– Игорь, а хорош ты у меня, - любуясь им, сказала Анна Георгиевна.

– Егоровна, и ты у меня неплоха, - в тон ей ответил муж.

– До вечера, Игорек.

– До вечера, но не до самого позднего. В кино французский фильм. Поглядим?

– Поглядим.

– Всего, богиня Афина.

– Ну уж! И Афродита и Афина.

– Мудрость и красота - это ты возлюбленная жена моя!

Он театральным жестом снял шляпу.

– Игорь, брось, люди видят. Несолидно, право.

Они разошлись.

"Так и живем", - думала Анна Георгиевна, медленно идя бульварами, радуясь свету солнца сквозь шатры кленов, вдыхая острый, чуть горький запах осени.

"Человек редко говорит о себе: я счастливый, - думала Анна Георгиевна. Оттого, что всегда хочет больше? Или из суеверия, чтобы не спугнуть? Или счастье, как здоровье, не замечают? Я тоже боюсь сказать вслух, но про себя... Милый, мне нравится, что ты меня называешь Егоровной, легкий, беспечный, а в главном серьезный, - все в тебе нравится. Дом, семья, интересная работа - чего же еще?"

Но тут какое-то тревожное чувство тихонько поднялось в ней и постучало: взгляни. И она поглядела в сторону, где, отделенная от главной аллеи рядом молоденьких деревцов, тянулась узкая боковая аллейка. Так и есть. Вот уже несколько дней она встречала здесь на бульварах пожилую женщину. Простоволосая, в светлом пальто спортивного покроя, коричневых туфлях на низком каблуке, женщина напоминала отслужившую службу спортсменку, какую-нибудь бывшую звезду. А что? Приехала на покой в их ничем не примечательный, сравнительно тихий районный город. Чего не случается в жизни?

Отчего-то Анну Георгиевну беспокоит замкнутый вид пожилой спортсменки, хмурость глаз, глядящих вдаль, не замечающих никого вокруг.

Анна Георгиевна легко общалась и сходилась с людьми и привыкла почти всегда в ответ встречать дружелюбие, а тут отчего-то не решалась подойти к спортсменке.

Подойти бы: "Я вижу, с вами неладно. Может быть, надо помочь? Или я ошибаюсь?"

Вообще Анну Георгиевну тянуло так или эдак познакомиться с женщиной, каждое утро последнее время встречавшейся ей на бульваре.

Но что-то ее останавливало.

2

Это случилось месяцев семь-восемь назад. В школу номер один, что стоит в тупичке недалеко от бульваров, явилась посетительница, лет сорока пяти, с подстриженными, слегка вьющимися рыжеватыми волосами. Впрочем, рыжеватость не была отличительной чертой ее внешности, ибо большинство женщин ее возраста и старше красились в тот же цвет за отсутствием других колеров в городских парикмахерских. Более отличала ее тщательно маскируемая начесанными прядками, досадная лысинка на затылке.

Пришедшая была одета в коричневый трикотажный костюм с ярко-оранжевой блузкой. Тройной ряд янтарных бус укрывал начавшие обозначаться морщинки на шее.

Такая посетительница явилась однажды в школу номер один.

Шли уроки. Учительская, обставленная несколькими небольшими полированными столиками, длинным столом посредине и шкафами для учебных пособий вдоль стен, была пуста. Но, услышав чьи-то шаги, из смежного с учительской кабинета показался директор.

– Надежда Романовна!

– Здравствуйте, Виктор Иванович, - отвечала она.
– Выгодная у вас резиденция: в коридор ход и в учительскую ход, бдительное око нарушения там и тут не пропустит.

– Пожалуйста!
– почтительно, несколько старомодным жестом пригласил директор гостью в кабинет.

– Пока уроки, можно и здесь. Здесь солнце, - возразила она.

– Вы правы, а в моей, выгодной, как изволили заметить, резиденции хоть с утра зажигай электричество. Хорошо ли здоровье, Надежда Романовна?

Они уселись за длинный стол, с краю, друг против друга. Надежда Романовна перебирала янтарные бусы на шее.

– Здоровье прекрасно, Виктор Иванович. А разговор предстоит серьезный.

– Слушаю, - насторожился директор.

– Вы в школе этой всего второй год?

– Да, - еще более насторожился директор. "Ведь знает. Зачем спрашивать о том, что известно?"

– Отличие от прежнего порядочное?
– продолжала она.

– Что говорить!
– возбужденно воскликнул Виктор Иванович.
– Окраина, новостройки, ямы, глина, неубранность. Или центр. Какое сравнение?

– И коллективом довольны?