Когда я вернулся в свою комнату, Шики оказался там чуть ли не раньше, чем я начал распаковываться. Он был рад мне.

«Жаль, что ваш полет оказался бесплодным, — у него бесконечный запас мягкости и доброты. — Жаль вашего друга Кахане». Он принес мне чая, потом сел на мой шкаф, как в первый раз.

Катастрофический полет почти ушел из моего сознания, которое было полно сладкими мыслями о последствиях разговора с Мечниковым. Я не мог не говорить об этом. И пересказал Шики все, что говорил мне Дэйн.

Он слушал, как ребенок слушает волшебную сказку, его черные глаза сверкали. «Как интересно, — сказал он. — Я слышал разговоры о новых данных, которые скоро сообщат всем. Только подумать, если можно вылетать, не боясь смерти или...» — он замолк, взмахивая своими крыльями.

— Это еще не совсем точно, Шики, — сказал я.

— Конечно, нет. Но положение улучшилось, верно? — Он помолчал, глядя, как я делаю глоток почти безвкусного японского чая. — Боб, — сказал он, — если вы пойдете в такой полет и вам понадобится человек... Конечно, в шлюпке от меня мало толку. Но на орбите я не хуже любого другого.

— Я знаю, Шики. — Я старался говорить как можно тактичнее. — А как Корпорация?

— Мне разрешат вылет, если не будет других желающих.

— Понятно. — Я не сказал, что не хочу участвовать в полете, на который нет желающих. Шики это знал. Он один из подлинных ветеранов Врат. По слухам, он получил большую премию, достаточную для Полной медицины и всего прочего. Но либо потерял ее, либо отдал кому-то, а сам остался калекой. Я знаю, он понимал, о чем я думаю, но сам я совсем не понимал Шикетея Бакина.

Он подвинулся с моего пути, когда я убирал вещи, и мы сплетничали об общих знакомых. Корабль Шери еще не вернулся. Пока еще не о чем беспокоиться, конечно. Можно дать еще несколько недель — без катастрофических последствий. Конголезская пара, как раз за перекрестком в коридоре, вернулась с большим количеством молитвенных вееров из ранее неизвестного муравейника хичи, на планете вокруг звезды А-2, в самом конце спирального рукава Ориона. Они разделили миллион на три части и увезли свою долю назад в Мунгбере. Форхенды...

Как раз, когда мы о них говорили, показалась Луиза Форхенд. «Услышала голоса, — сказала она, вытягивая шею, чтобы поцеловать меня. — Жаль, что у вас оказался такой тяжелый рейс».

— Во всякой игре есть проигравшие.

— Ну, добро пожаловать домой. У меня получилось не лучше. Тусклая маленькая звезда, мы не нашли никаких планет. Понять не могу, зачем хичи проложили туда курс. — Она улыбнулась и погладила меня по шее. — Приходите ко мне на вечеринку по случаю возвращения. Или вы с Кларой?...

— Спасибо, — сказал я, и она не поднимала больше вопроса о Кларе. Несомненно, слухи уже распространились: сигнальные барабаны Врат работают днем и ночью. Через несколько минут она ушла. — Хорошая женщина, — сказал я Шики, глядя ей вслед. — Хорошая семья. Она как будто чем-то встревожена.

— Боюсь, что да, Робинетт. Ее дочь Лу просрочила время. В этой семье много горя.

Я взглянул на него. «Нет, не Вилла и не отец; они в полете, но время у них еще не вышло. Был еще сын».

— Я знаю. Генри, мне кажется. Они называли его Хэт.

— Он умер перед их прилетом сюда. А теперь Лу. — Он склонил голову, потом вежливо подлетел ко мне, взял пустую фляжку. — Мне нужно возвращаться на работу, Боб.

— Как ивы?

Он печально ответил: «Я больше там не работаю. Эмма не считает меня хорошим работником».

— Да? Чем же ты занимаешься?

— Делаю Врата эстетически привлекательными, — ответил он. — Вероятно, меня можно назвать мусорщиком.

Я не знал, что ответить. Врата забиты мусором; из-за низкого тяготения любой обрывок бумаги, любой выброшенный кусочек пластмассы плавает где-то внутри астероида. Пол подметать нельзя. Первый же взмах метлы все поднимает в воздух. Я видел, как мусорщики гоняются за клочками бумаги и сигаретным пеплом с ручными пылесосами, и даже подумывал, что сам стану одним из них. Но мне не понравилось, что Шики занимается этим.

Он без труда понял, о чем я думаю. «Все в порядке, Боб. Мне нравится работа. Но... пожалуйста, если понадобится член экипажа, вспомните обо мне».

| ОТЧЕТ О ПОЛЕТЕ

|

| Корабль АЗ-7. Рейс 022В55. Экипаж Ш. Ридни, Э.

| Тзин, М. Синдлер.

|

| Время до цели 18 суток 0 часов. Место

| назначения примерно в окрестностях Кси Пегаса А.