– В конце концов подумайте о пропаганде, - высказался один из актеров.

– Конечно. Пропаганда нам не помешает, - поддакнул второй.

– Пусть в выгодном свете покажут цели организации, - настаивал первый.

Мерфи на какое-то мгновение растерялся - этот перекрестный огонь его ошеломил. Журналист принял его молчание за нерешительность и с надеждой смотрел на него.

– Послушайте, - громко сказал Мерфи, - я знать ничего не знаю об ИРА. Я мирный человек, уже двадцать лет работаю в министерстве экспортной торговли. Я зашел сюда, чтобы спокойно посидеть и выпить...

Внезапно Кейси схватил его за рукав:

– Ради бога, потише.

От этого прикосновения Иуды Мерфи даже подскочил - ближайший друг, называется!

– И ты, стало быть, с ними заодно. Ну, знаешь...

– Да нет же, - перебил его Кейси.
– Смотри, кого принесло...

Мерфи поднял голову - и тут же стих.

Вошедший уже занял место за стойкой и теперь, насупившись, заказывал выпить. Он был высокий, худощавый, с длинным лицом. Едва кивнув сидящим ближе к нему, он тут же отгородился от них газетой. Это был Хемпенстолл непосредственный начальник Мерфи. В "Пулбег" он заглядывал крайне редко. Если он и пил, то исключительно в медицинских целях. Чихнул поутру и испугался - как бы не заболеть. А может, почувствовал колики в желудке. Или потекло из носа. Он никогда не умел веселиться, а после трагической смерти жены и вовсе впал в мрачность. Единственной отдушиной для него было изучение уставов, всевозможных уставов, и он рьяно стремился их соблюдать. Тут он был настоящий педант. Говорил он мало и только о делах.

– Думаешь, он слышал?
– понизив голос, спросил Мерфи.

– Если и не слышал, ты в этом не виноват, - недовольно ответил Кейси.

Кейси тоже непосредственно подчинялся Хемпенстоллу. Журналист поспешно наклонился к ним:

– Кто это?

– Мой начальник, - прошипел Мерфи сквозь зубы.

– Парик, - добавил один из актеров.

– Что вы сказали?

– Никто не должен знать его настоящего имени, - объяснил актер. Поэтому мы зовем его "Парик".

– Ага!
– воскликнул журналист - мол, все понятно.

Это было уже слишком. Мерфи пытался говорить тихо, но волнение не давало умерить голос:

– Слушайте! Хватит, черт возьми! Когда я говорю, что это мой начальник, значит, это мой начальник. Я не собираюсь сидеть здесь и...

Хемпенстолл чуть опустил газету.

– Да не ори ты!
– взмолился Кейси.
– Он прямо на нас смотрит.

Журналист, делавший свои выводы, спросил:

– Как вы считаете, будет неудобно, если я обращусь непосредственно к ... э-э ... Парику?

Мерфи даже переменился в лице, и это было самым красноречивым ответом. Журналист тут же добавил:

– Извините, мистер О'Меркыо. Я все понимаю. Глупость сморозил.

Он совсем понизил голос и попросил, чтобы его хотя бы, как он выразился, навели. Фотография подразделения, занимающегося военной подготовкой, - и его задача будет выполнена. Фото подадут так, что оно пойдет только на пользу этой смелой и сильной организации.

– По-моему, можно ему сказать, - заметил один из актеров.

– Душой он с нами. Я читал его статьи. Но журналист решил внести уточнение. Возможно, свою роль сыграли четыре порции подогретого виски.

– Сказать, что душой я с вами, - это не совсем верно, - возразил он. Мое правило - первым делом понять друг друга. Потом дать оценку. Изложить суть. И чтобы все было объективно. Такой подход я и мои коллеги с гордостью называем британской беспристрастностью.

– Британская беспристрастность, - одобрительно повторил актер с видом человека, великодушно воздающего должное противнику.

Его товарищ в порыве чувств произнес:

– Позвольте пожать вашу руку.

Журналист удивленно посмотрел на протянутую руку, потом с неподдельным волнением схватил ее.

– Ну, теперь скажите ему, - обратился к Мерфи первый актер.

Мерфи тревожили две вещи. Во-первых, присутствие Хемпенстолла, который вполне мог их слышать. Во-вторых - журналист и актеры. Ос никак не мог выбрать, кого бы порешил в первую очередь представься такая возможность. Пожалуй, журналиста. Взгляд Мерфи скользнув по окнам слева от него бесчисленные хлопья снега налипали на них и тут же таяли. Снег натолкнул его на мысль о мести. Милях в семнадцати от города находится горная долина заброшенная деревушка, там только и есть что две улицы, речка с хорошей рыбалкой да бар. Летом они с Кейси иногда наведывались туда на автобусе немного подышать воздухом и как следует выпить. А зимой это и вовсе богом забытое место, часто снежные заносы вообще отрезают его от мира.

– Только тихо, - прошептал Мерфи. Все наклонились к нему.
– В семнадцати милях к югу есть долина Сливефада, - продолжал он.
– Езжайте туда завтра и зайдите в бар Джона-Джо Флинна.

– Как туда попасть?
– спросил журналист.

– Любая прокатная фирма вам поможет. Просто скажете им, что вам надо в Сливефаду.

– А как мне обратиться к Флинну? Один из актеров подхватил игру:

– Когда войдете, скажете "Dia Dhuit'.

– Все ясно - пароль.

На такую удачу актер даже не рассчитывал.