И я понял: на берегу меня встретила самая активная и просвещенная часть здешней публики, имеющая представление о других мирах, и я могу в случае чего рассчитывать на поддержку этой влиятельной группы. Мелькнула мысль: а может, у них нет вождя? Но срочно нужен... Подобное в истории случалось, но тут же я отогнал эту мысль как слишком дерзкую и нереалистичную. Такого не может быть. Даже среди баранов всегда найдется честолюбивый самец, который положит жизнь за то, чтобы быть первым в стаде. Это я, идиот, не дослужился даже до майора.

Туземная деревня была такой, какой я ее в общем себе и представлял. Хижины из стволов бамбука, вбитых в землю, под крышами из дранки, были разбросаны тут и там в живописном беспорядке. Возле хижин торчали глинобитные трубы очагов для приготовления пищи, что весьма разумно: топить печь в хижине при здешней жаре невозможно. Зеленый ковер травы. Между хижинами разгуливали компании кур и бегали поджарые пятнистые поросята. Это хорошо. И куда ни кинь глаз - росли всевозможные цветы, но я узнал только розы - по запаху. Райка обожала розы. В нашей комнате с тюлевыми занавесками на окнах всегда стоял на столе букет каких-нибудь ромашек. Тратить деньги на розы Райка не разрешала. Проснувшись, я, еще в постели, подолгу смотрел на цветы в синей вазе, ни о чем не думая или думая о том, как хорошо, что я женился. А потом тихо, чтобы не разбудить супругу, выходил во двор, садился на крылечке и выкуривал первую сигарету.

Хижины в деревне по большей части не имели стен, а состояли только из крыши, державшейся на столбах, и были открыты во все стороны для вентиляции. Мебели никакой. Но спят туземцы на приподнятых над полом лежанках, а под голову кладут, вместо подушки, деревянный валик. Некоторые хижины, наверное, побогаче, были оплетены прутьями каких-то растений и напоминали клетки. Перед каждым жилищем островитян можно было видеть женщин, таскавших туда-сюда помои в глиняных тазах, потрошивших курицу или петуха. Очаги дымились. А мужчины группками лежали на траве или сидели, скрестив ноги, и играли на музыкальных инструментах, напоминавших флейту. Тучи мелких птиц верещали в кронах деревьев.

Ладно, думаю, деревня ваша мне нравится, но где бы тут отлить... Туземцы, когда хотели, брызгали прямо на стволы пальм, но мне надо было сохранять лицо. Между прочим, я обратил внимание, туземцы мочились не как собаки - где приспичит, а отбегали с этой целью в сторонку, становились к остальным спиной и, в процессе, все-таки поглядывали по сторонам. какая-то этика все же есть. Правда, собака, когда мочится на угол, тоже поглядывает по сторонам, но у собаки какая этика? Просто боится схлопотать по спине палкой. Но не искать же, думаю, общественный туалет... Его и во Владивостоке не всегда найдешь, если приезжий. Бегаешь, бегаешь и в конце концов - на угол, если вблизи нет зеленых насаждений. Конечно, пошло. Стоит и ссыт офицер военно-морского флота! А что, в штаны - лучше? Или не пить пива? Без некоторого количества пошлости не проживешь. Я не виноват, что в стране мало туалетов.

Я высмотрел дерево потолще. Непринужденно отделился от толпы, сопровождавшей меня, как важную персону сопровождает охрана и корреспонденты. Думаю - делов куча... Зашел за дерево. Так секвойя это или не секвойя? Откуда она тут взялась... Секвойя растет в Америке. Хвойное дерево, а эта - с листьями... Но мало ли - а как я сам сюда попал? Принесло ветром зернышко, условия благоприятные. Вот и растет. А в общем, какая разница, думаю...

Выхожу к публике в состоянии полного комфорта - как на свет родился! В голове шуметь перестало. Иногда забудешь утром, а потом в полете глаза на лоб вылазят. Но главное, я зря опасался уронить перед островитянами свой имидж. Наоборот! Поняв, что ничто человеческое мне не чуждо, туземцы устроили мне настоящую овацию, как во Дворце съездов. Только там стоят и хлопают, а туземцы вдобавок прыгали и кричали.

Ну а я, в свою очередь, понял, что самый верный тон в общении с этими людьми, отставшими от цивилизации, - простота, доступность. В сочетании с достоинством. С достоинством летчика второго класса Российских Вооруженных Сил. Но чем отличается летчик первого класса от - второго? Ничем! Пьет меньше и прилежно конспектирует труды классиков марксизма-ленинизма. На политзанятиях не задает вопросов. Но я тоже начал конспектировать! А тут эта перестройка. Бедному жениться - и ночь коротка. Только зря потратил умственные силы.

Туземцы кричали, как сумасшедшие, продолжая хлопать. Я не понимал, что они кричат, но тоже стал хлопать... Все о'кей, ребята, все о'кей, мне у вас нравится. И климат, и обычаи народа. И вы видите теперь: я никакой не инопланетянин, два глаза, два уха и один мочевой пузырь. А у инопланетян глаза на ниточках, вместо головы - антенна. Владеют телепатией. Ну и что? Очень мне нужно, чтобы мои мысли знали. Инопланетяне слишком далеко зашли вперед. Сами понимают, что уроды, но не хотят оставаться одинокими во вселенной. Вот и шастают. А я свой. Я летчик. Пролетая над вашим островом, потерпел катастрофу. Сам не знаю, что произошло. Это бывает. В прошлом году погиб заместитель командира нашего полка, взлетел ночью с берегового аэродрома и исчез. Через два дня самолет нашли - упал в двадцати кэмэ от берега, - подняли. Заместитель командира полка сидел в кабине, заполненной водой, как в аквариуме, с застывшей в глазах последней мыслью - что произошло? Но может, это была другая мысль: катапультироваться - не катапультироваться? Покидать самолет не было смысла - ночь, зима, температура окружающей среды в Японском море... Лучше остаться в кабине. А мне повезло хоть с температурой. Говорю: о'кей, ребята, о'кей. А теперь ведите меня к своему вождю, сколько можно водить по деревне. Вождь может подумать черт знает что. А мне всего-то нужно - хижина и лодка, какое-нибудь каноэ. Никаких привилегий. Мир хижинам.

И тут эти дикари, голые, как в бане, мужчины и женщины, вдруг перестали хлопать, но вместо этого хором завопили: "О'кей! О'кей! O'кей!" Меня опять подхватили на руки и понесли бегом - куда они меня тащат?
– под оглушительный грохот барабанов. Опять зашумело в голове. "О'кей! О'кей!" - безумствовала толпа. Чего-то я не понимал. Откуда они знают "о'кей"? Они что - телепаты? Куда я попал? Будет мне хижина... Похоже, меня хотят втянуть в какую-то сомнительную авантюру. Вождь у них людоед, но они сами хотят его сожрать, воспользовавшись моей огневой поддержкой. Или, наоборот, вождь ни то ни се, ни с кем не хочет воевать. Или власть на острове узурпировала какая-нибудь красотка, окружила себя фаворитами-плейбоями, и плейбои беззастенчиво обкрадывают народ. Надо свергнуть бабу. Но я никого не собираюсь свергать! Пошли вы... Свергают, свергают, а потом говорят: не надо было свергать, все и так процветало, и торговля, и ремесла. А ты думай. Никаких мозгов не хватит. На фиг, не дам себя больше ни во что втянуть. Даже если их правитель жрет детей. Естественный отбор. А вмешаешься, и пойдет брат на брата.