Когда подошли к краю долины, сразу увидели, что вся она действительно заполнена паром. Посредине кипела горячая речушка, а с одной и другой стороны от нее вырывались из-под земли струи воды. Они рвались вверх, как из труб, шипели, свистели, пищали, хлюпали. Временами две струи с противоположных сторон скрещивались, образуя арку. В глубокой яме гудело и сопело, точно в ней находился громадный зверь, стремившийся вырваться на свободу.

И вдруг зверь этот вырвался: задрожала земля, загрохотали камни, и гигантский столб воды поднялся метров на двадцать в высоту. Поднялся и тут же исчез, и опять началось урчание в яме.

– Гейзеры! – вскрикнул Пип. Но для Нонга это слово ничего не значило. Он, никогда не видевший гейзеров, удивился им больше Пипа.

Долго любовались они этой картиной. Спустились вниз, обошли и осмотрели все фонтаны, ежеминутно рискуя попасть под струю горячей воды и пара. Нонг, наконец, освоился, даже высказал дельную мысль:

– Тут и без костра можно приготовить обед.

– Вполне! – весело подхватил Пип.

И через полчаса в одном из естественных горшков уже готовилась дичь. Путешественники пообедали с большим аппетитом.

– Не хватает лишь чаю или кофе, чтобы чувствовать себя как дома, – сказал Пип, растянувшись на траве.

Гора «табу» была теперь с другой стороны от них. Значит, они все же обогнули ее и очутились сзади, с юга. И нигде не видно было ни одного человека…

«Неужели они все время охраняют ее? – думал Пип. – Для этого понадобился бы целый полк солдат. А тут – ни души, и никакой границы нет. И что такое, в конце концов, табу? Существует оно лишь для того, чтобы держать в страхе темный, запуганный народ. Ведь люди сами не нарушат запрета, боясь, что бог строго накажет нарушителя. Потому и охрана не нужна. А раз так…»

Пип поднялся с травы, сказал:

– Я думаю, отсюда можно было бы тихонько всползти на гору и посмотреть, что там делается.

Нонг не верил в силу бадувисского «табу», но ему отнюдь не хотелось карабкаться на гору.

– Стоит ли рисковать, туан? – ответил он. – Может случиться, что нас заметят, и тогда будут неприятности.

– Некому заметить, – уверенно возразил Пип, – да и риск небольшой. Нужно будет – опять дам их богу жертву, и все. Недаром они пустили меня в свою церковь. А главное, эта сторона горы очень удобна: вся заросла кустарником.

В конце концов условились, что Пип пойдет один, а Нонг останется его стеречь. Если увидит что-нибудь подозрительное, предупредит туана выстрелом. До горы было еще далековато, и поэтому решили подойти ближе.

Так и сделали. Нонг спрятался за скалой, Пип направился к горе. Вскоре он скрылся в чаще, а минут через пятнадцать Нонг увидел его у подножия горы. Так повторялось несколько раз, до тех пор, пока крошечная на расстоянии фигурка белого не замелькала на самой вершине. Мелькнула в последний раз и пропала.

Час прошел, второй, третий… Наступал вечер… Спряталось солнце… Наступила ночь… Пип исчез…

Нонг подождал еще часа два и вернулся в долину гейзеров.

Что же случилось с Пипом?

Добравшись до края горы, голландец увидел, что она действительно похожа на древний вулкан. Круглая дыра падала вниз отвесными стенами. Сверху не видно было, глубока ли она и что находится на дне. Одним словом – обычный кратер, и только. И – ни одного человека вокруг. Пип совершенно успокоился, даже забыл о том, что нарушает табу и тем самым рискует жизнью.

Он встал во весь рост и наклонился над кратером. Теперь, наконец, удалось разглядеть на дне его круглый пруд, заросший по берегам густым кустарником и даже деревьями. Это уже было интереснее, хотя и не слишком ново: значит, не кратер тут, а обычный провал, каких на свете много. Гора была не из сплошного камня, а из вулканического туфа, подземные воды размыли его, и вершина горы провалилась. Вот так и образовался этот пруд, который, безусловно, с одной стороны принимал в себя родник, а с другой где-то выпускал его. Отсюда было ясно, что пруд не мог занимать всю пустоту, а только более глубокую часть, по сторонам же остались берега, и можно было думать, что они расширяются дальше под землей.

Но с первого взгляда все это было очень просто: яма с отвесными стенами метров в пятьдесят шириной и десять – пятнадцать глубиной с прудом на дне. Вот только до него никак нельзя добраться. Посмотрел Пип в одну сторону, в другую – и вот ему показалось, что за кустами кто-то шевелится. Потом мелькнули какие-то столбы. Забыв обо всем на свете, он начал ползать по краю провала, выискивая для обозрения более удобное место. Наконец нашел, и оттуда отчетливо увидел маленький уголок жилья.

За кустами виднелись два столба, которые, очевидно, поддерживали землю, чтобы она не осыпалась. Дальше был кусок земли – пол, застланный яркими коврами и шкурами зверей. А на них, опершись на подушки, полулежала… красивая женщина! Голубой шелковый саронг плотно облегал ее тело, оставляя руки обнаженными до плеч. В руке она держала длинный тоненький чубук трубки и, выпуская дым изо рта, задумчиво следила, как он медленно тает в воздухе.