Тем более, что её изобретательность помогла ей стать великолепной женой, женой, которая полна сюрпризов, женой, которая постоянно умеет порадовать мужа, отвлечь его от мрачных мыслей. Этим она превращала его жизнь в сплошной праздник, в сплошной день рождения. Честно говоря, Тедди Карелла была бы точно такой же женой и в том случае, если бы она могла говорить. Просто такова была её натура. По происхождению она была частично ирландкой, а частично шотландкой, но в ней проявились какие-то чисто восточные элементы, когда дело касалось её отношения к мужу. Ей хотелось любой ценой доставить ему удовольствие. И если что-то было ему приятно, это автоматически означало, что именно это приятно и ей. И ей не требовалось читать какие-то там книжки, чтобы понять истину, что любовь многогранна.

А поскольку её мировоззрение носило явный налет Востока, не было ничего удивительного в том, что мыслями она постоянно возвращалась к милому Чарли Чжену и к прелестному изображению бабочки, которое она видела у него на стене.

Интересно, какова была бы реакция Стива, если бы однажды, вернувшись ночью с работы и посмотрев на неё в её полупрозрачной ночной рубашке, он сдвинул бы как обычно в сторону воротничок её рубашки, чтобы поцеловать её в плечо, и обнаружил бы вдруг там великолепную черную бабочку? Такая перспектива показалась ей весьма заманчивой. И чем больше она думала на эту тему, тем более соблазнительной казалось ей эта-затея. Она была уверена, что Стив будет приятно удивлен. А кроме того, она была уверена и в том, что это очень обрадует Чарли Чжена. И уж, что вне всяких сомнений, это доставит и ей немалую радость. Но было все-таки что-то весьма рискованное и сомнительное в тому что стоит вот просто так взять да и вытатуировать бабочку на плече. Рискованно, но тем не менее очень приятно. Даже мысли об этом доставляли ей радость.

А что, если ей будет очень больно? Да, почти наверняка будет очень больно. Но с другой стороны Чжен казался ей таким человеком, на слово которого можно положиться. Нет, не похоже на то, что Чжен способен причинить ей боль. А кроме того, Чжен понял, как сильно она любит своего мужа. Это обстоятельство почему-то казалось ей особенно важным. Бабочка эта задумана как подарок Стиву и ей казалось, что вытатуировать её должен человек, который очень хорошо понимает, что означает любовь женщины к её мужу.

“И черт с ней, с болью, – подумала она, – я просто должна это сделать!”

Сейчас же. Она бросила взгляд на часы.

“Нет, сейчас же не получится. Став скоро приедет обедать, значит, придется повременить”. Она подошла к настольному календарю и перелистала несколько страниц. На послезавтра у неё назначен визит к зубному врачу, но завтрашний день она имеет полностью в своем распоряжении.

А действительно ли это будет красиво выглядеть, когда на ней будет открытое платье?

Наверняка, если Чжен и в самом деле очень аккуратно посадит ей на плечо маленькую черную бабочку, изготовившуюся к полету.

Мысленно она определила срок – завтра, сразу же после ленча, она отправится в ателье Чарли Чжена.

После этого она, как самая настоящая черная бабочка, запорхала по квартире, полная радостного ожидания.

У молодого человека явно были свои проблемы. Он шагал сейчас по улицам города, обдумывая эти проблемы, и считал, что все случившееся было результатом удивительно удачно сложившихся для него обстоятельств.

Молодой человек был одет очень прилично, даже с некоторым налетом консервативности. Похоже было, что у него наверняка имеется солидный счет в банке. При этом он не производил впечатление человека, перегруженного знаниями. Он просто расхаживал себе по улицам города и сейчас, когда дождь, наконец, прекратился, занятие это он явно находил приятным. На улицах стали появляться люди, подобно жителям осажденного города, пытающимся воспользоваться перерывом в бомбардировке. Небо по-прежнему оставалось серым, но в тучах возникли светлые разрывы, сквозь которые прорвались первые, ещё робкие солнечные лучи.

Мимо проехал мальчишка на велосипеде. Шины его с легким шипением рассекали воду, скопившуюся у обочин тротуаров.

Молодой человек поглядел вслед мальчишке и тяжело вздохнул. Двое мужчин стояли на тротуаре у перекрестка. Один из них был рыжеволосым. Второй мужчина, высокий и темноволосый, был одет в темно-синий костюм.

Молодой человек окинул их беглым взглядом. Когда он подошел к ним достаточно близко, человек в синем костюме шагнул ему навстречу.

– Извините, пожалуйста, – сказал он.

Молодой человек поднял голову и поглядел на него.

– Разрешите обратиться – Чарли Парсонс. Я хотел бы попросить вас о небольшой услуге.

– А в чем дело? – спросил молодой человек.

– Вот этот парень, – сказал Парсонс, указывая на рыжеволосого, – имеет золотую монету, и я, пожалуй, был бы не прочь купить её у него. Но я, к сожалению, оставил свои очки дома и никак не могу разглядеть дату её выпуска. Вот я и подумал, не согласитесь ли вы помочь мне?

Молодой человек пожал плечами.

– Видите ли, я, собственно, тороплюсь по делу, – сказал он. – Это займет у вас не более минуты и, право, вы очень обяжете меня этим.

– Ну ладно, – согласился молодой человек, – где же эта ваша монета?

Рыжий подал ему довольно крупную золотую монету.

– Я купил её в Японии, – пояснил он. – Я только что оттуда. Служил в армии вплоть до прошлой недели. Только что демобилизовался, – рыжий улыбнулся обезоруживающей улыбкой. Он имел вид простого провинциального парня. – Зовут меня Фрэнк О’Нейл.