Лягушками и тиной пугало дно речное. Пел воздух соловьиный и бредил белизною. Ночь таяла в тумане, серебряном и светлом, за голыми холмами под сумеречным ветром.

А девушка вздыхала, над заводью белея, и заводь полыхала.

Заря горела ясно, гоня стада коровьи, и, мертвая, угасла с венками в изголовье. И соловьи рыдали с горящими крылами, а девушка в печали расплескивала пламя.

И тело золотое застыло цаплей белой над золотой водою.

IX

КАСЫДА О СМУТНЫХ ГОРЛИЦАХ

Две горлицы в листьях лавра печалились надо мною. Одна из них была солнцем, другая была луною. Спросил я луну: Сестрица, где тело мое зарыли? Над сердцем моим, - сказала, а солнце раскрыло крылья. И я вдалеке увидел, по пояс в земле шагая, две снежных орлицы взмыли, п девушка шла нагая. Спросил я у них: Сестрицы, где тело мое зарыли? Над сердцем, - луна сказала, а солнце сложило крылья. И я двух нагих голубок увидел в тени орлиной и были одна другою, и не было ни единой. """"""""

Федерико Гарсиа Лорка

Стихи разных лет ЭТО - ПРОЛОГ

В этой книге всю душу я хотел бы оставить. Эта книга со мною на пейзажи смотрела и святые часы прожила.

Как больно за книги! Нам дают они в руки и розы, и звезды, и медленно сами уходят.

Как томительно видеть те страданья и муки, которыми сердце свой алтарь украшает!

Видеть призраки жизней, что проходят - и тают, обнаженное сердце на бескрылом Пегасе;

видеть жизнь, видеть смерть, видеть синтез вселенной: встречаясь в пространстве, сливаются вместе они.

Стихотворная книга это мертвая осень; стихи - это черные листья на белой земле,

а читающий голос дуновение ветра: он стихи погружает в грудь людей, как в пространство.

Поэт - это дерево с плодами печали: оно плачет над тем, что любит, а листья увяли.

Поэт - это медиум природы и жизни, их величие он раскрывает при помощи слов.

Поэт понимает все, что непонятно, и ненависть противоречий называет он дружбой.

Он знает: все тропы равно невозможны, и поэтому ночью по ним он спокойно идет.

По книгам стихов, среди роз кровавых, печально проходят извечные караваны;

они родили поэта, и он вечерами плачет, окруженный созданьями собственных вымыслов.

Поэзия - горечь, мед небесный, - он брызжет из невидимых ульев, где трудятся души.

Она - невозможность, что внезапно возможна. Это арфа, но струны пламена и сердца.

Она - жизнь, по которой мы проходим с тоскою, надеясь, что кормчий без руля проведет наш корабль.

Стихотворные книги это звезды, что в строгой тишине проплывают по стране пустоты и пишут на небе серебром свои строки.

О глубокое горе и навек, без исхода! О страдальческий голос поющих поэтов!

Я хотел бы оставить в этой книге всю душу...

ПЕСНЯ ЛЮБВИ

Песня любая заводь любви.

Звезда голубая заводь времен, завязь эпох.

А заводь крика чуть слышный вздох.

* * *

Я чувствую, как в жилах у меня, расплавив сердце раскаленной страстью, струится ток багряного огня.

Так погаси же, женщина, пожар.

Ведь если в нем все выгорит дотла, одна зола взойдет на пепелище, одна зола...

* * *

Потупив взор, но воспаряя мыслью, я брел и брел... И по тропе времен металась жизнь моя, желавшая желаний. Пылила серая дорога, но однажды увидел я цветущий луг и розу, наполненную жизнью, и мерцанием, и болью.

Ты, розовая женщина, - как роза: ведь и ее девичье тело обвенчали с твоим тончайшим запахом разлуки, с тоской неизречимой по печали.

САД СМУГЛЯНОК

(Фрагменты)

ПОРТИК

В серебряные барабаны бьют струи фонтана.

Ткут полотна ветра листья и лозы, подкрашивают ароматом дикие розы.

И с ними в ладу паук обращает луну в звезду.

ВСТРЕЧА

Мария - Утоли мои печали, тебя мне видеть довелось в лимонной роще, где пели струи источника слез. Ты лучшая из роз!

Мария - Утоли мои печали, тебя мне видеть довелось. Твои глаза хрусталей светлее, туманы кос. Ты лучшая из роз!

Мария - Утоли мои печали, тебя мне видеть довелось. Где та перчатка лунного цвета и первых рос? Ты - лучшая из роз!

ЛИМОННАЯ РОЩА

Лимонная роща. Зов моих младенческих снов.