– Сказал, – Гуров пожал плечами. – Я лишь человек, Станислав, не машина, могу сказать и лишнее.

– Никогда! Ну-ка колись, важняк! Я не могу подставлять Орлова, ты прав. Но я и тебя не отпущу одного, и здесь моя правда.

– Обязательно, у каждого человека своя правда. Пока ты выполняешь мои приказы. Найди своего Блондина, мы должны знать, где состоится заключительный разговор. Наружка за мной не пройдет. В районе сегодня вечером будет слишком много глаз.

Гуров смотрел на Станислава долго, и от такого задумчивого взгляда Крячко стало неуютно, даже страшно. Так смотрит смертельно больной, не желающий обсуждать с близкими неминуемость скорой кончины.

– Я бы просил тебя быть откровенным, – сказал наконец Крячко и облизнул пересохшие губы.

– Все главное ты знаешь, а лишнее в нашей работе никому знать не следует, – ответил Гуров.

– Ты жестокий человек, Лева, – впервые в жизни Станислав обратился к Гурову по имени, словно Орлов.

– Жесток? – Гуров усмехнулся. – Не знал, что ты подобные слова употребляешь. Давай к делу. Главное, непрерывная связь. Необходимо ее дублировать, исключить возможность разрыва. Если связь прервется, меня убьют, что крайне нежелательно. Потому ты берешь ноги в руки и отправляешься на поиски своего Блондина. Сегодня он должен отслужить тебе честно, от звонка до звонка.

Тулин подошел к запыленному «Мерседесу», открыл заднюю дверцу, сел рядом с Капитаном.

– Привет, Капитан.

– Здравствуй, вольный стрелок. Я рад, что ты не забыл меня.

Сидевший за рулем водитель вышел из машины, к нему приблизились еще двое молчаливых парней. Они были предельно внимательны, даже не жевали «Орбит».

– Давай не будем раскланиваться, – ответил афганец. – Я на стороне Толика, так сложилось, а во время боя не перебегают на сторону победителя.

– Сегодня и победителя не определишь. Благодаря твоему парню мы все попали в дерьмо. Кому нужна война с Главком? Может, я и постарел, но меня не тянет к оружию.

– А я свою войну прошел, и хватит. Мне до ваших разборок дела нет, у меня свой интерес, – сказал Тулин. – Возможно, со временем я наймусь к тебе консультантом, для чего необходимы некоторые условия.

– Какие? – быстро спросил Капитан.

– Мы оба должны остаться в живых и на свободе, – усмехнулся афганец. – Это не так просто, уважаемый, очень не просто.

– Малец что-то задумал? – Капитан неодобрительно покачал головой. – Я возьму десяток лучших парней и уеду из города.

– И отдашь район? На что ты будешь жить и зачем тебе тогда консультант? Открой хлебопекарню, корми людей баранками, сам ешь от пуза, плати налоги. Почему ты носишь кличку Капитан? Ты же Николай Иванов!

– Подначиваешь?

– Я? – Тулин насмешливо улыбнулся. – На кой черт? Хватит переливать из пустого в порожнее. Я выдаю тебе информацию, ты даешь мне слово, что не тронешь Толика и меня.

Георгий Тулин лгал и сам удивлялся, насколько легко и складно у него получается.

– Договорились. – Капитан хлопнул соседа по плечу.

– Сегодня в восемь у ресторана «Фиалка» встретятся Агеев и полковник Гуров. Я убежден, в кабаке они не осядут, куда-то двинутся. Куда именно, я не знаю. Они встретятся для того, чтобы один мог продать, другой – купить твою голову.

– Толик продать способен, но полковник не станет ничего покупать, не располагая доказательствами, – твердо сказал Капитан.

– Доказательства будут, ты живой человек, грехов за тобой предостаточно, доказательства твоей вины существуют. Следовательно, вопрос лишь в том, как их добыть. Гуров классный сыщик, он добудет. Слушай, не перебивай! – Тулин начинал раздражаться. – Толика будут сопровождать или ждать на месте встречи пять-шесть человек, то есть мозговой центр группировки. Гуров приедет один.

– Он больной? – сорвался Капитан.

– Здоровее и умнее нас обоих, не сомневайся. Он не любит рисковать, конечно, у него будет связь. Никакая машина не способна опередить пулю. Он убежден, с отморозками он справится, а вот ты и я окажемся тем куском, который сыщику не проглотить. Сложности. Их нельзя брать от «Фиалки». Необходимо определить четыре направления возможного движения. Выставить четыре экипажа автоматчиков, в каждой машине должно быть максимум трое, можно двое, все имеют между собой радиосвязь. У Гурова «Пежо», вслед за ним не угнаться, но он не будет давить на газ и не поедет за город. Я Гурова знаю, он дьявольски осторожен, у него верхнее чутье на любую подлянку. Ему пятый десяток, он воюет на «передке» третий десяток лет. Думаешь, его не пытались убить?

Афганец, увлекшись, чуть не проговорился, что сам, лично, имел «заказ» на полковника.

– Когда Гуров уйдет из района, твой первый экипаж сообщит направление его движения. Четырьмя машинами, меняясь, доведете его до места назначения. Капитан, заклинаю, объясни своим, ни единого раза одна и та же машина не должна появиться у него на «хвосте». Такое сыщик сечет влет, все сорвется. Когда они соберутся в намеченном месте, уверен, это будет не гараж, не подвал, а небольшое, крохотное кафе, которое они снимут на вечер. Таких кафе сегодня в городе тысячи. Так вот, когда они соберутся, вы и войдете.