Другие неожиданные ее аспекты открылись для меня несколько позже. Когда мне понадобилось (да простят меня высококультурные критики за излишний натурализм!) в уборную. Я уже открыл дверь и зажег свет, как вдруг мне в голову пришла неприятная мысль.

– Эй, друг!
– позвал я.

– Что?
– тут же откликнулся Голос.

– Слушай, ты видишь все то же, что вижу я?

– Да.

– Тогда не мог бы ты отвернуться на минуточку?

– Зачем? Меня интересует жизнь во всех ее проявлениях.

– Да, но я-то не эксгибиционист!

– Это смешно, - заметил Голос.
– Ты бы не стал стесняться собаки или кошки? Или, скажем, таракана, ползущего по стене? А ведь этот таракан - твой близкий родственник, по сравнению со мной. Я представляю совершенно чуждую земным форму жизни. Если же тебя заботят эстетические критерии, то позволь задать вопрос: тебе нравятся цветы? Нравится их запах?

– Да. Ну и что?

– А тебя никогда не смущало, что у растений цветы - это их половые органы?

– Нет, - пробормотал я, сраженный аналогией.

– Тогда не стой на пороге. Я ощущаю в средней части твоего тела опасные напряжения.

Слегка удивившись, я вновь послушался инопланетного совета.

– Как это получается? Контакт разумов я еще могу понять, но откуда ты знаешь, что происходит у меня в животе?

– Через мозг. Вся информация стекается туда. Но до сознания доходят лишь крохи. Так уж вы смешно устроены, люди.

– Слушай, - спросил я немного погодя.
– Как к тебе все-таки обращаться? У тебя есть имя собственное?

– Есть ментальный код, но ты не сможешь с ним оперировать, - вздохнул Голос.
– А звуковых имен у нас нет. Так что можешь звать меня просто Голосом.

– А выглядишь ты как? Ну, на своей планете.

– Возможно, это покажется тебе странным, - заметил Голос. Но мне трудно ответить на этот вопрос. Дело в том, что никто из тебе подобных на нашей планете не был и никого из нас не видел. Сами себя мы видим совершенно иначе. Могу показать один образ но он довольно символический.

– Давай попробуем!

В тот же миг все завертелось у меня перед глазами.

Я вдруг оказался на бескрайней равнине под пасмурным серым небом. Под ногами хлюпало, низкорослый темно-зеленый кустарник царапал ноги. Холодный и влажный ветер донес до меня сладковатый аромат - странный, но приятный. "Вересковые пустоши", неожиданно сообразил я. Сколько раз читал эти слова, и наконец-то знаю, что они значат!

Единственным объектом, выделяющимся на фоне пустошей, были темнеющие невдалеке руины, и я направился к ним, полагая, что в видении бояться мне нечего.

Вблизи я разглядел камни получше, и понял, что это вовсе не развалины, а так называемое мегалитическое кольцо, вроде хорошо известного Стоунхенджа. Камни действительно были здоровы, как их только притащили сюда! С любопытством озираясь, я прошел через ворота, образованные двумя камнями неправильной формы с лежащим сверху третьим, и побрел дальше, пока не оказался примерно в центре всего сооружения.

– Ну, - позвал я.
– Ты где?

– Здесь, - теперь Голос уже раздавался отовсюду.

Мне показалось, что древние камни смотрят на меня.

В трещинах и щербинках, бликах и тенях мне вдруг почудились огромные нечеловеческие лица...

И тут все исчезло.

– Ну как?
– участливо спросил Голос.

– Круто, - только и смог вымолвить я.

Честно говоря, я ничего не понял.

Но с глюками решил больше не экспериментировать.

По случаю отпуска я решил предаться одному из своих любимых занятий - завалился на диван и стал смотреть телевизор. Сначала прошла программа новостей, потом начался какой-то сериал.

– Зачем ты это делаешь?
– вдруг проснулся Голос.

– Что именно?

– Смотришь в этот дурацкий ящик!

– Мне это нравится. Интересно же! Разве нет? Ты ведь хотел получить информацию о нашем мире. Ничего лучше телевизора здесь не придумаешь...

– По-твоему, это информация?

– А что по-твоему?

– Дезинформация. Интерпретация. Коллективная галлюцинация... Нет, в вашем языке нет подходящего слова для этого явления. Это, наверное, потому, что вы все находитесь под его влиянием.