– Почему это?

– Ну как...- ресницы её опустились.- Я не смогла бы сделать это. Понимаете?

– Да,- ответил он, хотя мало что понял.- И все-таки странно, что вы меня выбрали. Я совсем не добрый. Я тогда, и потом еще, хотел сообщить про вас. А вы говорите...- Он замолчал. Женщина тоже молчала, озадаченная таким признанием.

– Но вы же не сообщили?

– Действительно,- обрадовался он.- Я не сообщил!

– Вот и чудесно! Значит, я в вас не ошиблась. И я рада за вас.

– Спасибо,- пробормотал Виктор. Всё-таки, удивительная женщина! Такая умная. Недаром, видать, академию заканчивала.

Некоторое время они сидели молча и смотрели в разные стороны, думая каждый о своем. Виктор усиленно размышлял - дествительно ли он такой хороший? И что это за понятие такое

– хороший человек? Это было слишком неожиданно... Наконец он понял, что пора уходить.

– Я должен идти,- сказал он, поднимаясь. Женщина спокойно смотрела на него. Он ждал, что она скажет, но она ничего

не говорила. Прошел деловито в прихожую, включил свет, стал одеваться. Она приблизилась, встала сбоку.

– До свидания!- Он взялся за ручку. Она кивнула. Он открыл дверь и шагнул за порог.- Что вы сказали?

– Приходите еще. Я угощу вас молоком...

Он улыбнулся.

– Ладно. Я приду. Обязательно.- И вышел.

Он хотел прийти на следующий вечер, но как назло именно в этот день начались работы по наладке третьей линии. И целую неделю с утра до ночи он монтировал новые механизмы, ползая по грязному цементному полу и проклиная начальников, ненавистный цех и весь технический прогресс.

На восьмой день, покончив с проклятой наладкой, он приехал к женщине. Наступал вечер, на улице уже темнело.

– Вы уходите?- спросил разочарованно, увидев на ней светлый водоотталкивающий плащ и кожаные ботиночки.

– А я думала, вы обиделись на меня,- сказала она и смущенно улыбнулась.

– Обиделся? Почему?

– Вы не приходили, и я так решила.

– Нет, я и не думал обижаться. А вы куда?

Женщина развела руками.

– Я поехала за город. Раньше люди всегда ездили в субботу за город и там отдыхали от работы и от шума... Мне бабушка говорила.

Опять бабушка, подумал Виктор с неприязнью.

– Хотите со мной поехать?
– неожиданно предложила она.

– Я?

– Да. Прямо сейчас! Я взяла еду и спички.- Она показала на сумку, стоящую на полу.- Хотите?

– Я не знаю.- Виктор растерялся.- Я не ездил еще...

– Вы никогда не бывали за городом?

– Да нет, я бывал, только не так.

– Как не так?

– Ну, днем бывал... Проезжал на поезде.

– Поездом все проезжали. А вот так вот... Ну что, едем?

– У меня же ничего нет.

– Ничего и не надо. Пойдемте!- Она обрадованно засуетилась. Подняла с пола пузатую сумку, подала ему.- Держите. Здесь еда, спички и дрова.

– Дрова?

– Надо же нам будет развести костер. Вот я и взяла дрова. Химические. Я всегда беру. Держите же!

Виктор взял сумку двумя руками, ощутил приличную тяжесть. Однако!..

Они вышли из подъезда и направились к автобусной остановке.

– Доедем до вокзала, а потом сядем на поезд.

– Угу,- кивнул Виктор. Как-то все было не так. Вместо теплой комнаты и стакана с молоком, о которых он мечтал целую неделю, он шел с тяжелой сумкой в руке неизвестно куда. На улице уже совсем стемнело, а они уходят от тепла и света, направляются в ночь, в неизвестность.

Они дошли до остановки и стояли там минут пять, пока не подъехал нужный автобус - весь в желтых и красных огнях, прозрачный и громоздкий,- и поехали в нем по ночным улицам. Потом шли пустынными подземными переходами в мертвенном свете галогеновых ламп, и шаги их дробились и множились в туннеле, так что Виктор все время оглядывался - не идет ли кто следом? Но никого не было, и Виктор удивлялся этим странным звукам, и призрачному мертвенному свету, и этим бесконечным подземным переходам, из которых, кажется, никогда не выйдешь...

А потом они сидели в совершенно пустом вагоне, мягко покачиваясь на упругих сиденьях, возле большого чистого окна, за которым проносились во тьме неясные тени. Куда они едут? Зачем? Все горожане сидят теперь дома, в тепле и уюте, смотрят телевизор, слушают музыку, или спят и ни о чем не беспокоятся... Виктор сидел, притихший, и не замечал тревожных взглядов своей спутницы.

– Виктор!- она тронула его за плечо.

– А? Что?- встрепенулся он.

– Вы, наверное, жалеете, что поехали?