– Тогда нам сюда.

Попрощавшись с миссис Макинтайр, женщины обогнули дом и последовали за Эндрю; Грейс – первая, глядя ему в спину. Молодой человек был очень строен, особенно в талии, он шел неторопливо, как будто абсолютно никуда не торопился… и все же Грейс заметила, что он чрезвычайно поспешно вышел из дома после этой ссоры. Наверное, он ругался с отцом – мать смотрела на сына таким добрым взглядом. Эндрю очень походил на миссис Макинтайр, у него были такие же круглые, карие, почти черные глаза, правда, волосы были не такими темными, как у нее.

– С тобой все в порядке, тетя Аджи? – Грейс обернулась.

Тетя осторожно шагала по крутой, усеянной камнями тропе.

– В порядке. Если хуже не будет, можно потерпеть.

– Ваша мать сказала, что эта дорога подходит к нашему дому с обратной стороны. Она проходит через лес? – спросила Грейс, глядя в затылок молодого человека.

– Угу… да.

Балансируя на скользкой почве, Грейс заметила:

– Не хотела бы я пользоваться этим коротким маршрутом слишком часто, – и засмеялась, чтобы Эндрю не считал, что его критикуют.

– Обычно эта тропа не так уж плоха. Просто сейчас ее размыл дождь. Мать не подумала об этом. Извините, – он остановился и посмотрел на Аджи.

– О, я ничего не имею против, – заверила тетя. – Раз это кратчайший путь, я потерплю.

– Ну, тогда ладно.

Они снова двинулись в путь. У него такое угрюмое лицо и грубоватые манеры, а голос – приятный, подумала Грейс. Живет в Нортумберленде уже, наверное, немало лет, но не потерял густого, сочного шотландского акцента. Ей было приятно слушать его, но молодой человек расходовал слова чересчур экономно.

В одном месте тропа пересекала дорогу с каменным покрытием.

– Это, похоже, хорошая дорога. Куда она ведет? – поинтересовалась Грейс.

– К каменоломне.

– О, я не знала, что здесь есть каменоломня, – проговорила Грейс.

– Там больше не работают, – тон собеседника Грейс не располагал к дальнейшим расспросам, и она прекратила попытки.

Спустя несколько минут они вошли в лес и через некоторое время оказались на небольшой поляне, от которой отходили три тропинки. Не оборачиваясь, молодой человек объявил:

– Идем по левой.

Через десять минут узкая, ведущая через заросли ежевики дорожка неожиданно вывела их к неширокому, не более двадцати футов, полю. Противоположный край его граничил с живой изгородью Уиллоу-ли.

– Вот это да! – воскликнула Грейс и с этим принятым в светских кругах выражением огляделась.

– Значит, прибыли, – сухо резюмировала Аджи и кивнула проводнику. – Большое вам спасибо. – Потом, внимательно посмотрев на высокие заросли, снова взглянула на него и спросила: – Но скажите, как нам попасть в дом? – она указала на поле.

– О, там есть калитка, тетя Аджи, в дальнем конце изгороди, – вмешалась Грейс. – Она запирается на ключ, но я крикну, и Бен услышит – справа как раз теплицы, – она повернулась, посмотрела на серьезное лицо молодого человека и улыбнулась. – Большое спасибо за то, что проводили нас. Я часто хожу в лес, но всегда пользуюсь только главной дорогой.

Он кивнул, но не ответил. Потом, прикоснувшись к кепке, коротко сказал:

– До свидания.

Это было адресовано обеим женщинам, и Аджи сказала:

– Прощайте, и спасибо вам.

Но Грейс почему-то повторила слова молодого человека:

– До свидания.

Когда они, держась за руки, пересекали поле, Аджи, хихикнув, заметила:

– Н-да, приятным человеком оказался этот наш проводник, верно? Я чуть не умерла от смеха.

А Грейс, цитируя миссис Бленкинсоп, со знанием дела заявила:

– О, да, они такие. Все шотландцы – суровые, неразговорчивые люди.

То, что визит тети Аджи увенчался полным успехом, подтвердилось, когда она, стоя в спальне перед зеркалом, надевала симпатичную шляпку без полей и, взглянув на стоящую рядом Грейс, проговорила:

– Я рада видеть тебя счастливой, дитя… Наверное, мне все-таки придется признать, что я была неправа.

– О, тетя Аджи! – Грейс схватила женщину и потащила ее прочь от зеркала.

– Что ты делаешь, моя шляпка… – запротестовала та. – Эта ерундовина обошлась мне в кругленькую сумму, уж поверь.

– О, тетя Аджи!

– Да перестань ты повторять «тетя Аджи, тетя Аджи!» И не думай, что я начну сюсюкать с твоим Дональдом, как Сюзи и Ральф – никогда этому не бывать.

– Посмотрим – времени у нас достаточно.