Вот мнение известных социологов и демографов. Наталья Римашевская, доктор экономических наук, профессор, директор Института социально-экономических проблем народонаселения Российской академии наук: «…Но власть не решается на радикальные реформы. А какими-то полумерами социальную сферу не поднимешь. Если мы строим социальное государство, то решительные шаги в этом направлении необходимы. В противном случае сохранится дикий рынок, который потихоньку будет „пожирать“ наше население» (Римашевская Наталья. Бедность — источник деградации. Беседу вел Усам Оздемиров//Яблоко России. n24(58). 24 июля. 1999). Анатолий Антонов, завкафедрой семьи социологического факультета МГУ, в ходе «круглого стола» в Российской Академии государственной службы по проблемам демографии «Будем жить дальше и дольше?» в конце 2001 года зафиксировал: «Сейчас в России, а кстати говоря и в Европе, проводится антисемейная политика… Когда абсолютно антисемейными являются шаги всех правительств мира в социально-экономическом и в чисто нравственном отношении, то можно ожидать одного: к середине XXI века не останется в мире ни одной страны. Просто не будет ни одной страны после 2050 года. XXI век — это первый век в истории человечества, когда начнет убывать все мировое население…» — http://www.pareform.ru/ rgs/magazine/14.asp.

Насколько свежо и актуально, буквально на злобу дня, оказывается пафос Ф.М. Достоевского: «…Ненавидеть чужiе народы за то, что они не похожи на насъ; для того чтобъ иметь желанiе не укрепляться отъ всехъ въ своей нацюнальности, чтобъ ей только одной все досталось, а другiя нацiональности считать только за лимонъ, который можно выжать (а народы такого духа ведь есть въ Европе!) — если и въ самомъ деле для достиженiя всего этого надо, повторяю я, предварительно стать народомъ богатымъ и перетащить къ себе европейское гражданское устройство, то неужели все-таки мы и тутъ должны рабски скопировать это европейское устройство (которое завтра же въ Европе рухнетъ)? Неужели и тутъ не дадутъ и не позволять русскому организму развиться нацiонально, своей органической силой, а непременно обезличенно, лакейски подражая Европе? Да куда же девать тогда русскiй-то организмъ? Понимаютъ ли эти господа, что такое организмъ? А еще толкуютъ о естественныхъ наукахъ! — Этого народъ не позволитъ, — сказалъ по одному поводу, года два назадъ, одинъ собеседникъ одному ярому западнику. — Такъ уничтожить народъ! — ответилъ западникъ спокойно и величаво. И былъ онъ не кто-нибудь, а одинъ изъ представителей нашей интеллигенцiи. Анекдотъ этотъ веренъ» (Достоевский Ф. М. Дневник писателя за 1881 год. Гл. 1. Объяснительное слово по поводу печатаемой ниже Речи о Пушкине).

В какой бы вопрос мы с вами не углубились, везде мы найдем линию фронта Пятой мировой войны, которая пролегает через все страны. Сталкиваются в битве люди и нелюди, творцы и грабители. И экономика — не исключение.

Наша планета столкнулась с угрозой истощения ресурсов и экологической катастрофы. И в этой обстановке творцы говорят: давайте создадим новый образ жизни, давайте перейдем на сверхэффективные технологии и вложим больше средств в развитие людей, в науку и образование. Создадим новую цивилизацию, наконец!

Но в мире захватили господство иные «мыслители-экономисты» — последователи Мальтуса, социал-дарвинисты и неолибералы, прихвостни Вечного рейха. В скрытой и неявной форме, как в статье Гонтмахера, они учат: изменить нынешний порядок невозможно. Нет, мол, никаких принципиально новых технологий и стилей жизни. Реформы и другие «настоящие структурные преобразования», если верить этим людоедам, в рамках этого действия и позиции проводятся не для того, чтобы развивать промышленность, а для того, чтобы убить «лишнее» население. С позиции этого действия главной задачей становится и ликвидация «недоброкачественного населения».

Для нас вторая позиция — это человеконенавистничество в самом чистом виде. Между двумя описанными тенденциями неизбежна жестокая схватка, и мы в ней выступаем на стороне творцов. Идеология же разделения человечества на «рентабельных» и «нерентабельных» — это идеология Вечного рейха, ведущего войну против человечества.

Мы можем победить. Мы верим в то, что вложения в науку окупятся, пусть и через четверть века. Мы узнаем о технологиях и изобретениях, которые не хотят замечать власти предержащие, но которые развивают промышленность и достоверно повышают качество жизни населения в целом и каждого без исключения человека. (Мы расскажем о них в книге «Оседлай молнию!») С этой позиции немыслимо ставить вопрос о «некачественном населении», о «человеческих ресурсах», поскольку, во-первых, люди созданы не правительствами и даже не только своими родителями и поэтому не являются ресурсом, и, во-вторых, так называемое «неэффективное население» является прямым следствием неэффективного управления данной страной. С нашей точки зрения, «нерентабельны» не жители России, а ее правящая «элита». И гораздо целесообразнее поменять эту «элиту», чем отправлять на кладбище десятки миллионов наших сограждан.

Здесь мои представления совпадают с мнением известного соотечественника Т. Мальтуса католического писателя Гилберта Кая Честертона: «Мальтузианцы нападали на христианство не потому, что в нем есть что-нибудь особенно несдержанное, а потому, что в них самих есть что-то нечеловеческое» (Честертон Г.К. «Вечный Человек» / Пер. с англ. — М.: Политиздат, 1991).

Примирения между двумя позициями быть не может.

Я прекрасно понимаю, что простым отрицанием ресурсных ограничений или тем более наивной верой в научно-технический прогресс реальные социально-экономические вопросы не решить.

Но в этом-то и есть существо дела, что здесь стоит реальная проблема, заключающаяся в том, как в современном мире кардинально увеличить ресурсные возможности человечества без ухудшения экологических показателей. Это гигантская мировая проблема. Средства ее автоматического — только захотеть да волю приложить — решения в настоящее время отсутствуют.

Но принятие и правильная работа с этой мировой проблемой — это одна позиция, а простое указание на ограниченность ресурсов и отказ от ее постановки и сосредоточения усилий человечества на решении этой проблемы — это другая позиция.

Вторая позиция, связанная с отказом от принятия данной трудности как проблемы и, соответственно, с отказом решать эту проблему, является неомальтузианской и социал-дарвинистской. И какие бы ни придумывались «дымовые завесы» в виде многочисленных организаций, симулирующих озабоченность по поводу данной проблемы через программы «борьбы с бедностью», «борьбы с голодом», «борьбы с цифровым разрывом» и пр. — ситуация ясна.

Очнитесь от гипноза бесконечных высоких речей об экономическом подъеме в России.