Шрифт:
– Видите, не к сладостям тянется, а к огню, – глубокомысленно заметил Ли Цзян. – Умный хочет познать, глупый – пожевать.
В саду становилось все прохладнее. От чаши водоема тянуло сыростью.
Цуй унесла сына в дом. Вскоре ушел и Ли Цзян. Бао Си сказал:
– Хо, ты должен мне помочь. Я хотел бы встретиться с князем Юнь-цзы.
– С князем? Зачем?
– Наше селение разграбили стражники. Пять человек бросили в яму.
Хо вспомнил, как вели по улице бунтовщиков, внутренне сжался.
– За что?
– Податями, поборами нас разорили вконец. Немного пошумели…
– Князь, мне кажется, этими делами не ведает.
– Он – наследник императора. Пожелает – может все. Но пожелает ли? Бао Си был задумчив, говорил с неохотой, словно бы через силу. – Не хотел я идти сюда. Не верю, что тут не знают о бедствиях земледельцев.
Чиновников становится все больше. И каждый хочет есть, каждый хочет жить в большом доме и ходить в дорогих одеждах. Где что возьмут они, если не у нас?
– Я часто вижу бунтовщиков. Их гонят сюда, потом казнят, – Хо снизил голос до шепота.
– Вот и нас обвиняют в бунте. А что мы сделали? Сборщикам нет дела, что зерна во многих домах осталось только на семена. Пристают с ножом к горлу – отдай… Помоги, Хо, увидеть князя. Я передам ему бумагу, где перечислены все наши беды.
– Я проведу туда, где он бывает…
Хо надеялся на силу своей железной пластинки. Но Бао Си с ним не пустили. Он остался поджидать князя у ворот.
В этот день Бао Си не вернулся. Пришел через три дня. Но что с ним сделали! Лицо почернело, глаза ввалились. Бао Си скрежетал зубами, ругался:
– Чужеземная собака! Жирная чжурчжэньская лягушка!
– Что произошло, Бао Си?
– Угостили лапшой из бамбуковых палок.
Глава 10
– Едут! – закричал Боорчу, сорвал с головы шапку, хлопнул ею по колену. – Едут, хан Тэмуджин!
Тэмуджин и сам видел: перевалив через голую сопку, к куреню шагом спускались всадники – воины племен уруд и мангут. Оставив у ущелья Дзеренов Аучу-багатура и Джамуху, они возвратились в свои кочевья, забрали жен, детей, скот. До сегодняшнего дня никто не знал, куда они пойдут.
Могли пойти к хану Тогорилу, к найманам, пристать к другим племенам. Но они остановились близ его кочевий и вот – едут.
– Хан Тэмуджин, садись в юрте на свое высокое место, а то подумают выскочил встречать, – торопливо проговорил Боорчу. – Караульные! Замрите на месте, как сухостойные деревья! Вы охраняете не повозку с кумысом ханскую юрту!
Тэмуджин сел на войлок против входа в юрту, подумал, что Боорчу радуется, наверное, рано. Еще не известно, захотят ли они кочевать вместе с ними. А если захотят, то признают ли его своим ханом? Уруды и мангуты, слышно, люди отчаянные…
У юрты с коней слезли трое. Двое были незнакомы, третьего, узколицего человека с длинной седеющей бородой, Тэмуджин узнал и очень обрадовался.
Это был Мунлик, верный друг его отца. Мунлик, помогший выжить в самое трудное время. Мунлик, чей сын шаман Теб-тэнгри сделал для него больше любого из людей.
Боорчу задержал людей у порога:
– Подождите. Я узнаю, свободен ли хан от своих забот.
Зашел в юрту, подмигнул – пусть знают наших!
– Зови! – нетерпеливо сказал Тэмуджин.
Гости вошли, с достоинством поклонились. Он встал, положил руки на плечи Мунлика.
– Не кланяйся. Это я должен припасть к твоим ногам в сыновьей благодарности. Я сам, моя семья давно ждем тебя, чтобы сказать – спасибо!
– Я не мог уйти от тайчиутов. Помогли эти смелые молодые нойоны.
– Спасибо и вам! – Тэмуджин повернулся к нойонам. – Э-э, ваши лица как будто знакомы – где мог вас видеть? – Хитро прищурился. – Не вы ли помогали анде Джамухе загнать меня в ущелье Дзеренов?
– Помогали? – удивился Хулдар. – Анда Джарчи, мы помогали или мешали?
– Мешали, Хулдар. Как могли.
– Куда вы держите путь?
– Мы пошли по дороге, указанной шаманом Теб-тэнгри. Она привела сюда.
– Я рад, когда ко мне приходят друзья. Но если вы ищете тихое место, оно не здесь. Садитесь, дорогие гости, и помогите мне обдумать нелегкую думу. Мой названый отец хан Тогорил вместе с воинами Алтан-хана идет на татар. Он зовет меня с собой. Должен ли я идти с ним?
– У татар крепкие, кованные из железа шлемы, – сказал Хулдар. Хотелось бы попробовать на них остроту и стойкость мечей. Если пойдешь на татар, мы будем с тобой.