Здена была подавлена, не обнаружив в себе ничего, соответствующего этому описанию.

«Я пустышка», – подумала она.

Панноника и ЭРЖ-327 не пустышки, видно невооруженным глазом. Надзирательница испытала адские муки, обнаружив эту разницу, эту пропасть, которая их разделяла. Утешила ее мысль, что остальные надзиратели, организаторы, зрители, да и многие заключенные так же пусты, как она. Это показалось ей странным: в мире, выходит, гораздо больше людей пустых, нежели содержательных. Почему?

Ответа она не знала, но ее начал терзать другой вопрос: как перестать быть пустой.

На всем белом свете только заключенные не смотрели реалити-шоу «Концентрация», не видели оттуда ни одного кадра. Это единственное, в чем им повезло.

– Интересно, какие сцены больше всего привлекают публику? – спросила как-то за ужином МДА-802.

– Уверен, что процесс казни, – отозвался кто-то из мужчин.

– Боюсь, вы правы, – сказала Панноника.

– И всякого рода мучительство, – подхватила другая женщина за столом. – Кнут, стоны – все это дает выход их инстинктам.

– Конечно, – сказала МДА-802. – И еще сентиментальные моменты – тут они ловят кайф.

– Как по-вашему, – спросил ЭРЖ-327, – кто тут главный виновник?

– Надзиратели, – ответил мужчина.

– Нет, организаторы, – вмешался человек, никогда не участвовавший в застольных разговорах.

– Политики, которые допускают такое, – сказала МДА-802.

– А вы, Панноника, как считаете? – спросил ЭРЖ-327.

Все смолкли, как обычно, когда всеобщее внимание было приковано к ней.

– Я считаю, главные виновники – зрители, – произнесла она.

– Мне кажется, вы не вполне справедливы, – заметил первый мужчина. – Они возвращаются домой с работы усталые, подавленные, опустошенные.

– Есть же другие каналы, – возразила Панноника.

– Вы ведь сами знаете, телепрограммы зачастую служат единственной темой для общения между людьми. Вот все и смотрят одно и то же – чтобы не хлопать глазами, когда другие делятся впечатлениями, не быть в стороне.

– Пусть бы смотрели другие передачи, – сказала девушка.

– Да, хорошо бы, конечно.

– Вы говорите об этом как о недостижимом идеале, – ответила Панноника. – А всего-то и надо – переключить канал, не так уж это сложно.

– Нет, я с вами не согласна, – объявила МДА-802. – Зрители виноваты, ясное дело. Но это не значит, что они главные виновники! Да, они тупые ничтожества, но инициатива исходит не от них. Продюсеры и политики в тысячу раз преступнее.

– Однако на их преступление дают добро зрители и, следовательно, провоцируют его они же, – возразила Панноника. – Политики – порождение публики. Что до организаторов и продюсеров, то это акулы, которые устремляются туда, где есть глубокий разлом, или, попросту говоря, спрос, сулящий возможность урвать кусок побольше.

– Не кажется ли вам, что спрос создают продюсеры, как реклама – потребности?

– Нет. Главная ответственность лежит на тех, кто соглашается такое смотреть, хотя легко можно без этого обойтись.

– А дети? – спросила женщина. – Они приходят домой раньше родителей, сидят там одни, не у всех же есть средства оплачивать няню. И никто не контролирует, что они смотрят по ящику.

– Вы только послушайте себя! – воскликнула Панноника. – У вас находится тысяча объяснений, оправданий, смягчающих обстоятельств и особых случаев там, где нужно судить просто и решительно. Во время войны люди, выбравшие для себя путь сопротивления, понимали, что победить будет трудно, почти невозможно. Однако они не колебались, не тратили время на рассуждения: они боролись просто потому, что не могли не бороться. И кстати, дети следовали их примеру. Не надо считать детей идиотами. Ребенок, воспитанный в твердых правилах, вовсе не безмозглый дебил, как это пытаются представить.

– У вас есть проект переустройства общества, Панноника? – съязвил мужчина.

– Да нет. Просто я за достоинство и уважение, а не за презрение, как те, кто держит нас здесь. Вот и все.

– А вы, ЭРЖ-327, почему отмалчиваетесь? Что вы думаете?

– Я с ужасом констатирую, что среди нас есть только один человек, который наверняка ни при каких обстоятельствах не стал бы смотреть «Концентрацию», – Панноника. Из чего я делаю вывод, что права, разумеется, она, – ответил он.

Все смутились.

– Вы тоже ни при каких обстоятельствах не стали бы смотреть «Концентрацию», – сказала Панноника ЭРЖ-327, когда они оказались наедине.

– У меня нет телевизора.

– Замечательная причина. Вы не сказали о ней. Почему?

– Это вы у нас трибун. А во мне за километр виден учитель.

– Тут нечего стыдиться!

– Конечно. Но, чтобы зажечь людей, расшевелить их, идеальный человек – вы. Кстати, о сопротивлении. А ведь вы смогли бы создать систему сопротивления в лагере.

– Вы думаете?