— А, пустое… — воин со шрамом махнул рукой и отступил в сторону. — Заходите.

Они вошли в дом, по темной скрипучей лестнице, где пахло кошками, поднялись на третий этаж. Через еще одну дверь, маленькую и скособоченную, проникли в большую комнату.

Благодаря размерам она выглядела пустынной. В центре располагался стол и пара лавок при нем, у стен стояли длинные сундуки с плоскими крышками. Судя по тому, что на некоторых валялись свернутые одеяла, на сундуках спали. На столешнице лежал каравай хлеба, несколько кругов колбасы и пара кувшинов. В дальней от входа стене имелась еще одна дверь, а потолком в комнате служила крыша дома, тянулся изгиб конька, маячили стропила. Свет падал через узкие окошки в одной из стен.

— Располагайтесь, — пригласил Богалак. — Вон там — еда. В дальней комнате — жаровня, большой таз и кувшины с водой. Можно помыться.

— Даже нужно! — с яростью проговорила Саттия. — Я чувствую, что пропиталась вонью зиндана!

— Иди, мойся, — Гундихар подошел к столу и взялся за нож. — А мы пока перекусим, чем сотник послал. Ха-ха!

Саттия исчезла за дверью, оттуда донесся плеск. Гном разрезал кольцо колбасы на несколько кусков, так, чтобы досталось каждому. Олен изучил содержимое кувшина — там обнаружилось пиво.

— Ваши лошади на постоялом дворе в полном порядке, — проговорил сотник, отламывая от каравая кусок хлеба. — О них заботятся самым лучшим образом. Ну а вещи, что были в комнате, я забрал…Мешки, лук и дубину с железкой. Они в дальней комнате.

— Я тебе покажу «дубину»! — обиделся Гундихар. — Это «годморгон»! И клянусь колпаком моей бабушки, он стоит десятка мечей! Надо же, и как только язык повернулся дубиной назвать?

— Ладно, не сердись, — сотник примирительно улыбнулся. — Ну а то, что было на вас в момент схватки со стражей, мне добыть не удалось.

— Да, и почему? — Олен насторожился. На мгновение возникло странное ощущение — будто ледяной клинок где-то рядом, на расстоянии вытянутой руки, что его можно взять… и тут же исчезло.

— С полусотником того отряда, что вас повязал, я разговаривал, — Богалак в задумчивости поскреб подбородок, заросший белой щетиной. — И он вынужден был все рассказать. На вас стражу науськал Ванлир Змей-в-Глазу.

— Это что еще за тип? — оторвался от еды Гундихар.

— Один из терсалимских магов. Живет в башне на Змеином острове. И все, взятое после нападения, стражники отдали ему.

— Да… вот оно что, — задумчиво проговорил Бенеш. — Теперь я понял… Ну, тогда ночью вот кто колдовал, когда мы на постоялом дворе… И теперь ясно, кто убил хирдеров, кто заманил нас в ловушку.

— Одно непонятно — зачем? — сотник пожал плечами.

— Это как раз ясно, — Олен потянул себя за мочку уха. — Колдуну приглянулся мой меч. И он теперь у него. А это значит, что придется отправиться на этот остров и…

— Надрать этому Змею-в-Ухе задницу! — кровожадно закончил гном. — Гундихар фа-Горин всегда готов к таким делам.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул Олен.

— Тогда нам понадобится, во-первых — лодка, — Богалак поднял руку и принялся загибать пальцы. — Во-вторых — веревки с крючьями, в-третьих — оружие. Вы пока отдыхайте, а я отправлюсь по знакомым, попробую все это достать.

— Может, не стоит тебе ввязываться? — спросил Олен, глядя сотнику в глаза. — Мало таристера во врагах? Еще и мага захотел?

— Стоит, — очень серьезно ответил Махрид Богалак. — Мужчина жив до тех пор, пока что-то делает. Ну, и, кроме того, ты спас меня от смерти. Такой долг отдать непросто, но у меня есть шанс.

— О чем спор? — вернулась Саттия с мокрыми волосами, свежая и довольная жизнью.

Ее ввели в курс дела.

— Ничего не остается, кроме как прибить этого колдуна, — сказала девушка. — Ночью, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Ну и славно, тогда я пошел, — сотник встал с лавки.

— Погоди, я с тобой, — проговорил Олен. — Спать все равно не смогу. Голова болит.

— И я, да! — встрепенулся Бенеш.

Не успел Богалак ответить, как входная дверь скрипнула и приоткрылась. В щель протиснулась кошачья голова с торчащими ушами. Оглядела всех золотистыми глазами без зрачков и изрекла:

— Мяу!

— Надо же, Рыжий! — удивился Гундихар. — Иди сюда, колбасой угощу!

— Это кто? — в голосе сотника прозвучало недоумение.

— Наш кот, — Олен опустился на корточки, почесал подошедшему оцилану за ухом. — Он почуял, что у нас не все в порядке, и пришел.

Рыжий обнюхал Богалака, мазнул его хвостом по коленке и торжественно зашагал в сторону размахивавшего колбасой гнома. Через мгновение донеслось громкое, очень аппетитное чавканье.

— Теперь вас есть кому защитить, — хмыкнул Олен. — Ну что, пошли?