— Наверное, он смог бы его приподнять, чтобы протиснуться наружу, но ведь сколько возни да и шума — я наверняка бы его услышал… Правда, здесь душновато, но если я терплю, то пусть и он тоже.

— Обстоятельный какой парень! — восхитился Эллери.

— Ну! А ты говоришь!

— А предположим, он ударит тебя по черепу, — сказал Эллери. — Тогда уже не будет иметь значения, сколько он провозится и какой шум поднимет.

Жирные губы скривились.

— Пока еще он не бил меня по черепу, и я бы не советовал пытаться… А-а! Скажи-ка! — Маленькие глазки Хауи округлились. — Это ведь тебя сегодня ударили по черепу!

— Уловил, наконец, — сказал Эллери. — Значит, ты готов, если понадобится, присягнуть в суде, что сегодня ночью Баярд Фокс не выходил из комнаты?

Детектив Хауи кивнул, уже без ухмылки.

— Одевайся, Хауи. Выключи свет. Открой дверь. И слушай. Мне нужно, чтобы в ближайшие два часа никто не выходил из этого дома. Можно сидеть на верхней площадке лестницы. Тогда никто не сможет в темноте проскользнуть вниз — или наверх.

Толстяк опять молча кивнул.

— А что произошло, мистер Квин? — ровным тоном спросил Баярд Фокс.

— Не знаю, Баярд, — ответил Эллери. — Но что бы там ни было, для вас, мне кажется, это очень хорошо.

На часах у Эллери было десять минут пятого, когда черный седан шефа Дейкина мягко поднялся на Холм и остановился перед домом Баярда Фокса.

Дейкин тихо подошел по дорожке, а Эллери поднялся ему навстречу с нижней ступеньки крыльца.

— Фонарик принесли, Дейкин?

— У меня большой электрический фонарь.

— Тогда пошли. Говорили они вполголоса.

Шеф Дейкин отпер переднюю дверь ключом, взятым еще днем у Эмили Фокс, и только в доме включил фонарь. Тут он и увидел Эллери во всей красе.

— Господи! — ахнул он. — Что с вами приключилось?

Эллери рассказал.

У шефа челюсть отвисла.

— И кто?

— Не имею понятия. Но только не Баярд Фокс. Хауи божится, что Баярд не выходил ночью из комнаты.

— Кто-то другой из дома Тальбота Фокса?

— Возможно.

— Или посторонний?

— Все может быть.

— Вы не помните точно, откуда появилась эта фигура, мистер Квин? Вы же говорите, что почти проснулись…

— А это также означает, что я почти еще спал, Дейкин. Нет. Если это был кто-то из дома Тальбота, то он мог выйти через боковую дверь, обойти вокруг дома и проследовать мимо передней веранды, где я лежал в качалке. Он даже мог выйти через переднюю дверь и проскользнуть мимо меня, но я не ощущал его присутствия до тех пор, пока он не спустился на траву. Или, как я уже сказал, это мог быть кто-то чужой, появившийся с дороги и выбравший кратчайший путь к этому дому через владения Тальбота Фокса.

— Обычный воришка, да, мистер Квин?

— Не думаю, — медленно произнес Эллери. — Нет, не похоже.

— Вы не знаете, что он взял?

— Я не знаю даже, было ли вообще что-либо взято. Не смотрел. Я решил дождаться вас, чтобы у меня был официальный свидетель.

— Давайте сначала бегло осмотрим окно.

— Согласен.

Дейкин выключил свой фонарь, и они подошли со стороны сада к окну, через которое взломщик забрался в дом. Дейкин провел лучом света под окном.

— Сильно утоптано. Никаких следов не разберешь, — бормотал он. — Даже не скажешь, мужчина это или женщина.

— И я еще здесь потоптался, Дейкин. Никак не думал, что он выберется. Старею, Дейкин, старею.

— Это не ваша вина, — утешил его шеф.

Он изучил стену дома от земли до подоконника. На краске осталось несколько грязных полос.

— Каблуки скользнули.

Эллери кивнул:

— На обратном пути.

— Похоже на резину, как по-вашему, мистер Квин?

— Трудно сказать.

— А по-моему, да.

— Женщины тоже носят обувь на резине, — отметил Эллери.

Дейкин выругался.

— Поддержите меня.

Эллери сцепил руки, и Дейкин тяжело ступил на них ногой. Левую руку Эллери пронзила резкая боль, и он закрыл глаза.

— Пока вы там, взгляните на задвижку, — посоветовал Эллери.

Через минуту шеф сказал:

— Свернута. Возможно, большой крепкой отверткой. Или стамеской.

— После нашего дневного собрания вы ведь запирали опять окна?

— Да. Правда, я не закрывал ставни.

— Это я знаю.

Дейкин медленно провел лучом по подоконнику.

— Ничего, — буркнул он и спрыгнул на землю. Эллери открыл глаза. — Думал, может быть, нитка или хоть что-нибудь зацепится за подоконник. Можно было бы определить, откуда она — из женского платья или мужского костюма. Но ничего не нашел. Черт, как жалко, что у меня нет оборудования: сняли бы отпечатки пальцев.