— Вшивые плебеи, — рявкнул Фол, яростно швыряя наземь копье.

Хрон убрал пистолет и с мечом в руках стал выходить из деревни в том месте, где вошел в нее.

— Пошли, — позвал он Фола. — Здесь тебе уже не жить.

Кентавр фыркнул и заржал как настоящий конь. Он и сам знал: если останется в деревне, то ночью его убьют. Медленно отступая, друзья вскоре потерялись из виду оставшихся кентавров.

— Зачем ты спровоцировал скандал? — спросил Хрон, когда они отошли от деревни на приличное расстояние, так что можно было передохнуть, не опасаясь получить копье в спину.

— Кентавры сейчас не те, — вздохнул с сожалением Фол. — Раньше мы служили тем или иным богам и могущественным правителям. Но потом, когда боги покинули Олимп, а правители разбазарили свое могущество, для нас не нашлось работы. Мы спустились в подземелья, прочь от варваров и охотников за сомнительной славой. Из профессиональных охранников мы превратились в отбросы, нас перестали нанимать, нам перестали доверять. А все потому, что такие вот, — он махнул в сторону деревни, — трусят отойти от своего стада дальше сотни шагов.

Хрон не стал спорить. Фолу были виднее проблемы своего народа.

— Тогда пойдем в сад Гесперид вместе?

— Я бы с радостью пошел, — загрустил Фол, — но года уже не те. Боюсь, на полпути совсем слягу, и тебе придется ухаживать за мной как за старой больной женщиной. Не хочу я быть тебе обузой…

— Да брось, — хлопнул Хрон по теплой спине кентавра. — Ты дрался великолепно, как настоящий воин. С тобой мне будет гораздо проще выполнить задание.

— Что ж, — улыбнулся Фол. — Если ты не боишься брать меня…

И вдвоем они пошли дальше.

У Артемиды была своя колесница. По роскошной отделке она ничем не уступала колеснице Аполлона. Быстро добрались Артемида, Арес и Кора до Пифийского оракула, одного из главнейших святилищ Аполлона.

Дельфийский оракул (под таким названием он более известен) представлял собою не очень большое здание с четырьмя высокими колоннами-статуями на фасаде. Внутри отсутствовало всяческое убранство, лишь бронзовый Аполлон в темноте, неприметный, да что-то вроде колодца посреди помещения. Из колодца поднимался густой туман, подсвеченный изнутри зеленым светом.

Артемида громко позвала пифию. Через минуту из соседнего помещения послышались шорохи, и в полумрак оракула вышла старая женщина. Она была так стара, что время иссушило ее тело и черную хламиду как гербарий. Старуха была высока и очень худа, ее костлявые пальцы взмахнули в воздухе в приветственном жесте. Лицо старой женщины скрывал капюшон пеплоса [8] .

— Приветствую тебя, лучезарная Артемида, чьи стрелы не знают промаха! — проскрипел неприятный голос прорицательницы. — Чем оракул может помочь вам?

— Мне не нужна помощь оракула. — Богиня обернулась и посмотрела на спутников. — Но оракул должен помочь им.

Пифия медленно подошла к Аресу. От нее пахло дымом костра и благовониями, каких Арес не встречал.

— В тебе чувствуется великая сила, воин, — сказала пифия, обойдя Ареса вокруг. — А еще я вижу тысячи поверженных тобою врагов. Да, да, они все здесь, в Аиде, убитые твоими руками…

Арес никогда не сомневался, что на его руках кровь. Судя по тем навыкам, какие он получил в тайных операциях Хозяина, убийство стояло не на последнем месте в жизни Ареса. Но чтобы на его руках была кровь тысяч…

Пифия обошла вокруг Коры.

— Ты несчастна, дочь моя, — говорила прорицательница. — В твоем сердце живет любовь, но ты не в состоянии удержать ее.

— А более подробно вы рассказать не можете? — спросила Артемида. — Дело в том, что эти двое ничего не помнят о своем прошлом. Им, да и мне тоже, хотелось бы узнать поподробнее, кто они, и почему их прошлое сокрыто, недосягаемо для воспоминаний.

Пифия отошла к колодцу. Она двигалась и говорила медленно, будто с минуты на минуту могла умереть от старости и истощения.

— Прошлое… — дребезжал ее голос. — У них нет никакого прошлого. Они чисты как младые дети, твои спутники, о великая Артемида.

— То есть как это нет? — не поняла богиня.

— Они родились заново. Их время идет сначала…

— Оракул должен выражаться поточнее…

— Оракул не обязан истолковывать свои слова, великая, — бестактно перебила пифия. — Слова оракула каждый понимает так, как сможет понять.

— Расскажите об их прошлом! — требовательно настояла Артемида. — Я не верю, что оно отсутствует.