Так что это «письмо Гитлера» «фонит» фальшивостью. Скорее всего, в ведомстве Козлова эту фальшивку сфабриковали с целью удержать в целости хрущевскую брехню о том, что Сталин, де, не дал подготовиться к отражению немецкого удара. Эта фальшивка связывает воедино заявление ТАСС и директиву N1 фальшивым мотивом того, что Сталин, якобы, «верил Гитлеру».

Но это «письмо», без сомнений, ложь, поскольку никак не стыкуется с воспоминаниями на эту тему тех, кто о таком письме обязан был бы знать.

Ю.И. МУХИН

Господин Зюганов не устает призывать коммунистов покаяться перед православной церковью за учиненные в прошлом «гонения». Хочется напомнить этому господину несколько фактов, из которых следует, что революционерам, если и есть в чем каяться, так только в том, что они слишком мягко отнеслись ко всей этой длиннобородой кодле и не всех попов-мракобесов своевременно «отправили к аллаху».

Да, несмотря на все нынешние причитания либералов, взявших под свою защиту православно-черносотенную банду, большевики после революции отнеслись к реакционерам в рясах слишком мягко, за что в дальнейшем как всегда пришлось расплачиваться трудящимся. Например, Забайкальский епископ Ефим, арестованный Забайкальским Советом за антисоветскую деятельность и этапированный в Петроградский ЧК, был освобожден под честное слово о прекращении антисоветской деятельности, которое он, разумеется, вскоре нарушил. Московский епископ Никандр и некоторые другие московские священники, подвергшиеся аресту за контрреволюционную деятельность, уже весной 1918 года были выпущены из тюрьмы. Кратковременным был и арест патриарха Тихона. И таких примеров масса.

В ответ на мягкое к себе отношение попы ответили злобой и насилием. В Сызрани толпа, натравливаемая священниками, ворвалась в детдом, где стала осматривать детей, имеются ли у них кресты, после чего забила до смерти шестерых, у которых не было крестов. «Этих молодых змеенышей необходимо извести с лица земли», — кричали детоубийцы. В Раифской пустыни (в одном из казанских монастырей) монахи сожгли живьем семерых представителей Рабочего Совета. В Солигаличе попы расстреляли председателя местного Совета Вилузгина, а его тело разорвали на куски. В результате организованных попами погромов уже зимой 1918–1919 годов было убито 138 коммунистов.

Вот так священники ответили на гуманность рабочей власти, и только после этого стало ясно, что к попам нельзя подходить с обычной человеческой моралью, что мракобесы понимают только язык силы.

Вообще церковь в России всегда была опорой царского режима, который боролся с конкурентами православия и финансировал «святых отцов». Церковь с самого начала выступила против революции. Во время боев в Москве попы предоставили юнкерам свои храмы в качестве огневых точек, расположив на колокольнях пулеметы. После поражения юнкеров они не успокоились, всячески стараясь разжечь борьбу против власти трудящихся. Не было ни одного белогвардейского заговора, ни одного мятежа, в котором бы не участвовали церковники. Православные попы приветствовали любые антисоветские силы от белочехов и интервентов до простых бандитов. Церковники с радостью встретили выступление белочехов, ставшего началом Гражданской войны. Епископ Екатеринбургский, приветствуя мятежников, совершил в кафедральном соборе Екатеринбурга торжественное богослужение. В своей проповеди он заявил, что белочехи совершают «великое дело возрождения России».

Так же восторженно церковники встретили интервентов Антанты. Они приветствовали интервентов благодарственными молебнами. «Радость перешла в восторг, когда на землю нашего города сошли с кораблей прибывшие к нам благородные союзники наши», — восторгался протоиерей Лелюхин. Даже такой отпетый подонок, как атаман Семенов, которого даже Колчак считал бандитом, был награжден православной церковью званием «Кавалера святого Гроба Господня».

Православное духовенство выступало пропагандистом белогвардейцев, призывая к борьбе с Советской властью. Попы массово выпускали плакаты и листовки против большевиков, в которых призывали: «Гоните Советскую власть!». Загоняли крестьян в Белую армию. Обо всех выступающих против мобилизации церковники сообщали в контрразведку. В Белой армии были созданы агитпункты в виде церквей-вагонов. Также организовывались специальные особые отряды церковных проповедников.

Но на этом попы не остановились. Духовенство принимало самое активное и непосредственное участие в подготовке антисоветских мятежей. Полковник Сахаров, руководитель белогвардейского мятежа в Муроме, укрывался в Спасском монастыре. Епископ Муромский Митрофан благословил его на мятеж словами: «Большевиков нужно уничтожать, чтобы их не было».

Попы и монахи принимали активное участие в подготовке белогвардейского путча в Ярославле. Епископ Агафанел обещал всестороннюю поддержку мятежникам. Оплотом путчистов стали ярославские монастыри, колокольни которых снова, как и в Москве, стали огневыми точками мятежников. Церковники также принимали участие в деятельности таких контрреволюционных организаций, как Национальный и Тактический центры.

Монастыри и церкви стали в то время оплотом всевозможных антисоветских бандитов. В Соловецком монастыре были обнаружены 8 трехдюймовых орудий, 2 пулемета, свыше 600 винтовок и берданок и большое количество боеприпасов. В киевском Михайловском монастыре были спрятаны 4 пуда динамита, винтовки и 900 патронов. Оружие, включая пулеметы, были зарыты в Матренинском женском монастыре на Украине. Там же нашли укрытие главари тысячной банды. Контрреволюционные организации были раскрыты в Оранском, Яковлевском, Николо-Угрешском и многих других монастырях.