То есть, отвечаю на главный вопрос автора: «Почему эта (южная) сторона наиболее опасна?» Потому что с северной воины Красной Армии стояли насмерть в укрепрайонах.

Сцена 5.

Егор Терпсихоров: «Как свидетельствует другой известный историк Марк Солонин, 17 июня 1941 года Первая танковая дивизия неожиданно была погружена в эшелоны и отправлена в… Заполярье. Ясно, что это было одной из частей плана нового нападения Сталина на Финляндию».

Ужас! Один Сталин — на всю Финляндию! Действительно, ужас!

О том, что Сталин — кровавый тиран, а СССР — империя зла, написано в статье много, не буду цитировать, дабы не плодить фекалии.

По поводу «милитаристского угара» в СССР и планов нападения его на мирную «нейтральную» Финляндию могу сказать только одно.

Шакалы могут оторвать кусок мяса у больного льва. Это относится и к финнам, и к румынам, и к полякам, отхватившим силой оружия земли Карелии, Бессарабии и Украины у советской республики в безумных двадцатых. Жизнь — суровая штука.

Однако это не значит, что, выздоровев, лев должен смириться с унижением, зализать раны и прочесть шакалам проповедь об общечеловеческих ценностях. Лев должен порвать шакалов на части. Однако, не порвали, последовательно забрав свои куски мяса и с трудом прирастив.

А зря…

Сцена 6.

«Но что бы было, если бы Сталин не отдал приказ о начале «зимней» войны с Финляндией и не приказал бы бомбить ее аэродромы 24 июня 1941 года?» — спрашивает автор и убежденно отвечает: «Блокады бы не было».

Спорное утверждение. Предлагаю альтернативную версию.

Если бы Сталин не отодвинул границу от Ленинграда, город не продержался бы и недели, поскольку финны тогда не ползли бы по 500 метров в день, устилая их своими трупами, а внезапным ударом захватили бы «УРы» и немецкие «юнкерсы» утюжили бы Невский уже в первый день войны.

Если бы Сталин не отдал приказ бомбить аэродромы Финляндии 24 июня 1941 года и советская авиация не нанесла удар по штурмовой авиации немцев, от пушек и бомб неуничтоженных Ju-87, погибли бы новые тысячи красноармейцев.

И все. Так бы и было. И никаких сенсаций..

Сцена 7 (главная).

Важное качество — уметь читать «между строк». Чувствуется, что «между строк» в статейке написано гораздо больше, чем в строках.

Расшифровывая последнюю посылку, которую закладывают журналисты «Петербургского дневника» в свежие утренние головы ленинградцев, приходишь к выводу, что в блокаде и смертях сотен тысяч мирных горожан виноват совсем не Гитлер-Маннергейм, а… вот-вот — Сталин.

Какие ослы уже не лягали мертвого льва!

Выступать адвокатом Иосифа Виссарионовича я не буду, я не создаю себе кумиров типа Карла Густавича или Адольфа Алоизовича. Тем более, что Сталин в адвокатах не нуждается, что и показал недавний конкурс «Имя России».

Народ мудрее борзописцев.

Сцена 8 (последняя).

Шпикерман Густав Иосифович, мой прадед.

Шпикерман Лидия Иосифовна, моя прабабка.

Шпикерман Лилия Иосифовна, моя прабабка.

Шпикерман Вольдемар Густавович, мой дед.

Шпикерман Эльвира Густавовна, моя бабка и ее грудной сын Федя.

И еще шестьсот тысяч человек. Их больше нет. Они погибли в блокаду. Их убили солдаты, возглавляемые Карлом-Густавом Маннергеймом, которому «недавно в Петербурге установили памятник».

Шпикерман Рудольф Оттович, мой отец.

Разуваева Клавдия Степановна, моя бабка..

И еще сотни тысяч других. Они выжили в блокаду. Выжили и продолжили род. Их спасли солдаты, возглавляемые Иосифом Виссарионовичем Сталиным, которому в моем городе памятника нет.

Так вот, в связи с этим у меня возникает ряд вопросов и рекомендаций.

Правительству Санкт-Петербурга:

Главному редактору «Дневника» Владимиру Малышеву:

«Какова вероятность того, что мой «ремейк» напечатают в бесплатной (то бишь, оплачиваемой налогоплательщиками, а, значит, и мной) газете «Петербургский дневник»?

Егору Терпсихорову:

«Зачем вы это налабали? Неужели деньги важнее вашей бессмертной души?» Бросьте писать, у вас не получается. Займитесь лучше тем, к чему обязывает вас фамилия — танцами! Если, конечно, ничто не мешает…