Шрифт:
— Первый есть, — сказал Шеффер. — Славная работа, но это только начало.
Рихтер посмотрел вверх, где скрывавшие небосвод тучи начали расходиться, открывая взгляду молчаливое лицо луны. По площади прокатилась волна вскриков. Работы стражникам прибавилось. Теперь осмелевшие горожане вносили и свою лепту в уничтожение тварей.— Кажется, их больше чем мы ожидали, — задумчиво проговорил Великий Инквизитор.
Капитан стражи промолчал, внимательно наблюдая за происходящим. То тут, то там, падали на землю превращаясь в Зверей горожане и — увы! — даже несколько стражников было в их числе тех, кто оказался одержим. Через несколько минут Шеффер был уже рад, что Рихтер настоял на своем, стражники не справлялись с работой. Тела порождений ночи уже не успевали оттаскивать к главному костру. Площадь заполнял тошнотворный запах горелого мяса.Истошно взвыв, упал на колени юный Томас и лицо его исказилось, но прежде чем звериные когти дотянулись до Великого Инквизитора капитан Шеффер пинком отшвырнул звереныша в сторону, прикончил его ударом кинжала и спихнул тело с помоста.— На костер его! — крикнул Шеффер, но никто его не услышал, а тем, кто услышал, не было дела до еще одного мертвого Зверя — они сражались с живыми. Какой-то перепуганный человек попытался вскарабкаться на помост и Шеффер ударил его ногой в лицо. Несчастный упал с отчаянным криком и тут же его накрыл сгусток тьмы — черной, мохнатой, со скалящейся пастью полной клыков и горящими адским огнем глазами. Кто-то из стражников выпалил в Зверя из мушкета, другой ткнул во вздыбленный мех горящим факелом…
— Благодарю, Йозеф, — тихо сказал Рихтер.
— Любой из нас, а? — На лбу капитана поблескивали крупные капли пота. — Любой из нас, Карл? Помоги нам Господь…
— Мы выстоим, — пообещал Великий Инквизитор. — Чего бы это ни стоило, но мы выстоим. Господь не оставит детей своих в сей трудный час…
Шеффер не стал слушать. Он спрыгнул с помоста и поспешил к воротам, где волна одержимых захлестывала стражников.Наблюдающий за ним Рихтер увидел, как капитан, не одолев и половины пути вдруг исчез средь мешанины мечущихся людей, а через один, два, три вздоха взвился в прыжке огромный черный зверь, взвился — и вцепился в горло последнему стражнику у ворот.Великий Инквизитор огляделся, но куда бы он не посмотрел — его окружали не человеческие лица, а звериные морды. И тогда он упал на колени и принялся возносить молитву господу, но вдруг почувствовал, как волосы его становятся дыбом, кожа трескается, а зубы становятся клыками. Карл Рихтер, Великий Инквизитор в последний раз поднял голову к небу, чтобы взглянуть на издевательски ухмыляющуюся луну. А потом Зверь внутри отсалютовал своей хозяйке пронзительным воем.