Смагер посмотрел на часы: время близилось к девяти вечера. Он с наслаждением потянулся на стуле, а потом вытащил из ящика стола листки, исписанные мелким убористым почерком. Отчет об угонах нужно было заканчивать…

Грек проплыл под водой метров пятнадцать и уткнулся руками в стенку бассейна. Он вынырнул, перевернулся на спину, раскинул руки в стороны и открыл глаза. От лампочек, вмонтированных в стенки бассейна, лился нефритовый свет. Но он глядел вверх, в темноту, которая скрывала своды огромного помещения. Вода успокаивала, и ему не хотелось думать ни о том, зачем он приехал в первопрестольную, ни о предстоящем разговоре с Шамилем. Хотя Грек, лежа на воде, всем своим нутром чувствовал, что Шамиль не спускал с него глаз. Грек, не раздумывая, отдал бы немалые деньги ради того, чтобы за столиком, уставленным фруктами и изысканными напитками, в данную минуту сидел не Шамиль, а та девчушка-балерина, с которой они познакомились в самолете и успели посетить Большой театр. Мягкая вода нежно ласкала тело, и на какие-то доли секунды ему показалось, что так оно и есть, и балерина с бокалом «Клико» в руках, ждет, когда он вылезет из воды.

Он перевернулся на живот и, мощно загребая руками, поплыл в сторону лесенки, в двух метрах от которой стоял столик с винами и фруктами. Одним рывком он выпрыгнул из воды, и мир грез сменился миром реальности. Девушка в почти что прозрачном купальнике накинула на его огромное тело махровое полотенце и, ни слова не говоря, мило улыбнулась.

Вместе с Шамилем за столиком сидела еще одна девушка – точная копия той, что подала ему полотенце. Шамиль, поймав недоуменный взгляд Грека, улыбнулся и рукой показал на свободный стул.

– Близняшки, – сказал он и пояснил: – Давние партнеры даже здесь должны находиться в равных условиях. Не так ли?

Грек опустился на стул, взял бокал с кинзмараули, сделал небольшой глоток и откинулся на спинку. На несколько секунд он задержал взгляд на непроницаемом лице своего партнера по бизнесу и подумал о том, что за много лет знакомства Шамиль никогда не говорил о равных условиях. Он всегда ставил себя выше всех. Но по всей видимости, нынче дела у Шамиля складывались не лучшим образом, и он решил поиграть в игру под названием «демократия». А если это и в самом деле так, то Греку нельзя было упустить шанс. Следовало постараться, навязав тактику предстоящих переговоров, самому диктовать условия дальнейших сделок. Поэтому он не стал искать дипломатический переход к больной проблеме и, поставив бокал с вином на стол, сразу сказал:

– Шамиль, мы не можем больше брать товар по таким ценам. Тем более качество документов на твою продукцию стало совсем плохим.

Шамиль, казалось, не слышал его слов и был занят ухаживанием за одной из близняшек. Он взял ее руку, нежно погладил запястье, наклонился и поцеловал. Затем, едва заметно улыбнувшись уголком рта, словно перед ним была не девочка по вызову, а светская дама, почтительно, но с ноткой требовательности предложил:

– Дорогая, поплавай с сестрой.

Девушки в ту же секунду встали со своих мест и грациозно пошли в сторону бассейна, сверкавшего фосфорическими бликами.

Шамиль потянулся к бутылке, подлил в свой бокал черно-бордовой жидкости, небрежно оторвал виноградинку и, вертя ее в пальцах, посмотрел на Грека.

– Грек? Сколько лет мы с тобой знаем друг друга?

– Разве это важно? – уклонился от вопроса Грек, стараясь не попасть под влияние Шамиля. – Я ведь не ветеран войны и прилетел к тебе, Шамиль, не о былых временах вспоминать, а решать финансовые вопросы…

– Это мы успеем, – сделав рукой отмашку в сторону, как будто стараясь отодвинуть кого-то невидимого, сказал Шамиль и повторил свой вопрос: – Так сколько лет мы знакомы?

– Я не помню, – стараясь не уступить инициативы, равнодушно пожал плечами Грек. – В данный момент это не важно.

– Очень важно. – Шамиль сделал несколько глотков и поставил бокал на стол. – Очень важно. Если ты запамятовал, то я ничего не забыл. Мы знакомы уже двенадцать лет. И все это время могли ладить друг с другом. Помнишь, как мы тебя отмазали, когда ты с подельщиком погорел при продаже ворованной «Волги». Подельщик пять лет получил. Разве не помнишь, что он всю вину на себя взял? Думаешь, просто так? Не за так, а за деньги. Он ведь и твой срок отбомбил, а за это мы ему сто тысяч «зелеными».

– Нашел что вспомнить! С того времени столько воды утекло…

– Но по отношению к тебе мы поступили по-товарищески!

– Я тебя тоже отблагодарил, – не замечая, как ввязывается в спор, ответил Грек. – Во главе фирмы по продаже липовых автомобилей кто светился? Я! Ты же, Шамиль, наблюдал со стороны, а деньги получали поровну.

– Так я-то жил скромно, в подвалах. А ты шиковал на широкую ногу. Генеральный директор, президент дилерской сети, председатель совета директоров автомобильной компании, помощник депутата Государственной Думы… Разве не я помогал открывать фирмы, банковские счета, платил за каждую твою новую должность?

Грек осушил свой бокал до дна и закрыл глаза. Он еще не успел забыть, каких высот ему удалось достичь, когда они закрутили автомобильный бизнес. Да, генерировал идеи Шамиль. А он, Грек, был лишь свадебным генералом и исполнителем его воли. Но как жили! Ведь была на самом деле фирма, которая в течение какого-то времени снабжала первых клиентов машинами по баснословно низким ценам и обещала новым клиентам точно такие же услуги. Его имя не сходило со страниц газет, во влиятельных кругах появились десятки знакомых, к которым он мог заходить в любое время дня и ночи. И все благодаря ему, Шамилю, который очень грамотно продумал всю аферу от начала до конца. Когда газеты, радио и телевидение каждый день зазывали клиентов в апартаменты фирмы и те несли к ним миллиарды рублей, то даже ему, Греку, стало казаться, что он стоит во главе легальной «конторы», которая действует в рамках закона и что в конце концов все клиенты будут обеспечены автомобилями по низким ценам.