Шрифт:
Очень прошу Вас и прислать и простить.
Целую Вас.
МЦ.
25-го сент<ября> 1928 г.
Дорогая Саломея, сердечное спасибо, пишу в самую уборку и укладку. Отъезд послезавтра, никакой лирики, сплошные тарелки и кастрюльки.
Целую Вас, до скорого свиданья, простите за бомбардировку. Бомбардировал — страх.
МЦ.
Медон, 9-го Октября 1928 г.
Дорогая Саломея, пишу Вам в постели, после второй прививки пропидонта (?) от которого — честное слово! — чуть было не отправилась на тот свет: сердце совсем пропало, обморок за обмороком, к счастью (или к несчастью) доктор оказался под рукой и вспрыснул камфору. Это было третьего дня. сейчас я уже обошлась, хотя очень болит нога (отравленная) и жар. Говорят, что все это в порядке вещей.
Теперь я немножко знаю, как умирают, т. е. перестают быть, т. е. первую часть смерти, — если есть вторая (быть начинают). После 3-ей прививки м. б. узнаю и вторую.
А в общем буду у Вас дней через 10, очень по Вас соскучилась.
Целую Вас.
МЦ.
16-го Октября 1928 г.
Meudon (S. et О.)
2, Avenue Jeanne d'Arc
Дорогая Саломея, все еще никак не могу попасть к Вам, после вспрыскиванья хромаю и с трудом дохожу до ближней лавки. Если не трудно, пришлите мне иждивение, очень нужно.
Дошла ли до Вас моя весточка из кровати?
Напишите мне о себе. Слышала от В. А. С<ув>чинской (уехала в Лондон) что Ирине лучше, радуюсь за Вас.
Целую Вас и скоро надеюсь увидеть.
МЦ.
28-го Окт<ября> 1928 г., воскресенье.
Medon (S. et О.)
2, Av<enue> Jeanne d’Arc
Дорогая Саломея! Я, неблагодарная свинья, до сих пор не поблагодарила Вас за иждивение. Мне даже стыдно показаться Вам на глаза. Не будь это, я бы давно была у Вас. Позовите меня, пожалуйста. Свободна со среды, когда хотите. Перешлите, пожалуйста, прилагаемый листок Путерману — если еще жив. Прочтите, пожалуйста. Безнадежное предприятие?
Целую Вас и жду приглашения. Принесу с собой летние снимки, есть веселые.
МЦ.
Медон, 19-го ноября 1928 г.
Дорогая Саломея, очень, очень, очень нужно иждивение, пришлите что можете и позовите меня в гости. Целую Вас.
МЦ.
17-го декабря 1928 г.
Meudon (S. et O.)
2, Avenue Jeanne d'Arc
Дорогая Саломея! Можно Вас попросить об иждивении? Очень нужно.
Все собиралась узнать о Вашем здоровье и делах, — в последний раз я Вас видела лежащей.
Сейчас в Париже Мирский, — не хотите ли встретиться втроем? Я бы приехала. Вторник и среда у меня заняты, остальное пока свободно.
Жду весточки и целую Вас.
МЦ.
22-го дек<абря> 1928 г.
Дорогая Саломея! Огромное спасибо за иждивение. Сейчас у меня в доме лазарет: Мур лежит, С<ергей Яковлевич> лежит — грипп. Мы с Алей ухаживаем. Вчера видела Мирского, — он никуда не едет, очень добрый и веселый.
Очень хочу Вас повидать, с Мирским или нет — равно. Захвачу новые стихи.
Целую Вас.
М.
11-го янв<аря> 1929 г.
Meudon (S. et O.)
2, Av<enue> Jeanne d’Arc
С Новым Годом, дорогая Саломея. Почему мы с Вами не видимся? Где Вы и что с Вами?
МЦ.
янв<арь> 1929 г., понед<ельник>.
Meudon (S. et O.)
2, Av<enue> Jeanne d’Arc
Дорогая Саломея,
У нас тоже беды, — только что закончился Муркин грипп (с бронхитом месяц), как у С<ергея> Я<ковлевича> резкий припадок печени, с ослаблением сердца. Пролежал неделю, сейчас бродит как тень.
Множество евраз<ийских> неприятностей, о которых Вы наверное уже знаете (между прочим, Алексеев — подлец, м. б. Вы тоже уже знали?) [615]
615
В начале 1929 г. в евразийском движении произошел раскол, получивший название «кламарского». Одним из его проявлений стала выпущенная в Париже Н. Н. Алексеевым, В. Н. Ильиным и П. Н. Савицким брошюра «О газете „Евразия“ (газета „Евразия“ не есть евразийский орган)».
Целую Вас и очень хочу повидаться, — только не торопитесь, зовите, когда удобно. Спасибо за иждивение. До свидания.
МЦ.
19-го февраля 1929 г.
Meudon (S. et O.)
2, Av<enue> Jeanne d’Arc
Дорогая Саломея! Можно Вас попросить об иждивении? Мороз пожрал все наши ресурсы, внезапно замерзли все вагоны с дешевым углем, пришлось топить англ<ийским> коксом, т. е. в двудорога. Хожу в огромных черных чешских башмаках и — с добрую овчину толщиною — черных и чешских также — чулках, всем и себе на удивление. С ногами своими незнакома, так и держусь. (А другие знакомятся — и с любопытством!)