— Ждите меня здесь.

Он пересек двор и вошел в массивные двери, которые располагались в дальней стене замка.

Магьер выждала, пока Омаста скроется из виду, и окинула взглядом высокие стены замка — огромный каменный квадрат с башнями по углам, с четырех сторон ограждавший внутренний двор. Наверное, ничего дурного не случится, если она под бдительным присмотром стражников просто побродит по двору, оглядится по сторонам.

Не успела она сделать и трех шагов, как стражники переместились на новые позиции — и с четырех сторон окружили Магьер, Винн и Мальца. Ближе подходить они не стали, так что вряд ли смогли бы дотянуться до Магьер копьем, но и так было ясно — подобраться к стенам замка никому из чужаков не позволят.

Да, они сумели проникнуть за стены Дармутовой твердыни, но с каждой минутой это достижение теряло свою ценность.

Винн опять задрожала от холода, и Магьер всем сердцем понадеялась, что Лисил еще спит в теплой постели. Он напился, нарушив свое обещание, впервые с тех пор, как они отплыли в Белу, но, быть может, ему наконец удалось поспать без сновидений. Винн присела на корточки рядом с Мальцом, и пес прижался к ней косматым боком.

Омаста скоро вернулся и махнул рукой Магьер, указывая на открытые двери замка. Она заключила, что приглашение касается их всех, и позвала Винн. При их приближении лейтенант отступил в сторону.

Едва Магьер переступила порог, в лицо ей ударила волна жара. Быть может, на самом деле тут было и не так жарко — просто теплее, чем снаружи. По обе стороны от входа располагались арочные проемы, ведущие в огромные залы. Зал справа, судя по всему, предназначался для торжественных трапез. Краем уха Магьер уловила потрескивание огня в очаге, которое доносилось из глубины зала. Омаста ввел своих подопечных в зал, находившийся слева.

На стенах этого зала жарко пылали жаровни, а между ними были развешаны щиты и разнообразное оружие. Дальнюю стену зала украшали два гобелена. На одном был изображен живописный герб — три горных пика с зелеными склонами, и над ними в небе сверкавшая, словно солнце, золотая корона. Другой гобелен изображал всадника на вороном коне.

Два волкодава, принюхиваясь, вышли из-за стола. При виде Мальца они зарычали. Пес не стал рычать в ответ, но выразительно уселся перед Винн.

Магьер перевела взгляд на людей, находившихся в зале.

Один из них был тот самый человек, который минувшей ночью приходил к Брету. Фарис расположился в кресле, стоявшем справа, дальше всего от входа, и разглядывал Магьер не менее пристально, чем она разглядывала его. За его креслом стояла гибкая черноволосая женщина, настолько похожая внешне на Фариса, что вполне могла быть его сестрой или близкой родственницей.

Магьер могла лишь гадать, каким образом в слугах у Дармута оказались мондьялитко. Насколько она знала этих горных бродяг, они вряд ли пошли бы на службу по доброй воле.

Третий из находившихся в зале вышел, скрестив руки на груди, вслед за волкодавами из-за стола. От него резко пахло застарелым потом. Ростом он был ниже Омасты, но выглядел внушительно. Каждое его движение помимо воли приковывало взгляд.

До сих пор Дармут был для Магьер только тенью, безликим призраком из прошлого Лисила. Сохраняя бесстрастный вид, она рассматривала человека, который искалечил разум и дух Лисила… и, быть может, убил его родителей в отместку за то, что их сын вырвался на свободу.

Магьер осторожно пробудила свою дампирскую натуру, раскрыла восприятие и попыталась прочувствовать Дармута. Вонь застарелого пота резко усилилась. Магьер ощутила, каким ледяным холодом веет от каждого его шага. Кожаный нагрудник под скрещенными руками Дармута был обильно промаслен, стальные детали отполированы до блеска. Волосы у него были коротко подстрижены, лицо со всем тщанием выбрито — совсем не так когда-то описывал его Лисил. Широкое, тяжеловесное лицо покрывали морщины, — признак неотвратимо надвигающейся старости — но руки Дармута по-прежнему были мускулистые, сильные.

— Ты и есть охотница? — спросил он низким, гулким голосом.

Магьер осознала, что этот человек способен приговорить к смерти ее, Мальца и Винн — и миг спустя забыть об их существовании. Ей никогда не удастся вызвать его на разговор о чем-либо еще, кроме насущного дела.

— Да, — ответила она вслух.

— И ты веришь в этих тварей? В вампиров?

— Так же, как и ты… иначе бы не послал за мной.

Дармут остановился шагах в двух от нее.

— Я слыхал о шарлатанских действах, которые устраивают для легковерных крестьян. Как можно убить того, кто и так уже мертв? Волшебным порошком? Заклинанием невидимости?

— Отрубить ему голову, — напрямую ответила Магьер. — И сжечь тело.

Дармут помолчал, и Магьер подумалось, что ее ответ, быть может, оказался для него чересчур простым. Или же, наоборот, ее прямота приглушила в нем голос сомнения. Дармут поглядел на Мальца и Винн.

— А эти двое для чего?

— Он идет по следу. Она отыскивает людей и места, которые ему надо обследовать. Нам пригодилась бы в поисках одежда жертвы или хотя бы лоскут от одежды… а также все, что известно об этом вампире.