Паншинеа широко улыбнулся.

— Витерна будет очень встревожена. Нас ожидает тяжкое время.

Палатон ответил сухо:

— Я и не знал, что вы боитесь борьбы.

Когда Рэнд оставил сани у границы порта Аризара, там царила суматоха. Зариты носились по улицам, между разбитых бомбами домов, их мех был залит кровью и засыпан пылью, голоса стали пронзительными от ужаса.

Рэнд поискал ауру Бевана, которая уже истончилась и грозила исчезнуть совсем. Он протер глаза, пытаясь прояснить зрение и зная, что у него ничего не получится. Вновь завыла сирена — возвращались атакующие корабли. Он побежал к бетонному бункеру, но тут вокруг оглушительно загрохотали взрывы, подбросив его в воздух.

— Рэнд! Рэнд!

Холодные руки коснулись его лба. Он пробудился от странного сна, в котором увидел Пала-тона, успел на мгновение побывать дома, как комета, пронзил космос. Он взглянул в лицо Бевана. Вокруг них громоздились руины. Беван был усталым и грязным, кровь запеклась на его голубой форме.

Рэнд лежал на руках у своего врага. Он облизнул пересохшие губы.

— Не убегай.

— Я должен. — Вновь началась атака, и Беван поднял голову, хотя они находились либо в подземном убежище, либо были погребены под обломками здания. — Но не могу… не могу оставить тебя здесь таким.

— Я умираю…

— Кажется, да. — Акцент не позволял различить чувства Бевана. — Но ты так и не отпустил меня. И никогда не отпустишь.

— Нет… я не могу…

Земля затряслась. Сверху посыпалась пыль. Бетонные стены вокруг задрожали.

— Возвращайся со мной. Они нуждаются в нашей помощи, и…

Рэнд резко выдохнул, когда его пронзила боль. Беван вновь погладил его по лбу. Теплая капля скатилась по его щеке и упала на лицо Рэнда.

— В каждом чоя разная сила. Возвращайся, они тебе все объяснят. Палатон расскажет… — Палатон был так далеко, он остался таким слабым! Рэнд старался сохранить сознание.

— Не могу! — Беван прикусил губу. — Ты же знаешь, откуда я родом, друг. Я радуюсь тому, что выжил, а не тому, что счастлив. Я никому не доверяю. Я чувствую только сомнение и страх — они растут, как раковая опухоль, и уже ничем от нее не избавиться…

— Дружба поможет. И любовь, — Рэнд потянулся и схватил друга за руку. — Они проникают повсюду, сквозь время и пространство… у нас есть сила.

Между их стиснутыми ладонями проскользнула искра. Она набрала силу от их зеленой и янтарной ауры, потом запульсировала в темноте. Вдруг она свернулась в шар и разорвалась, прямо на груди Рэнда.

Он вздохнул, когда искра проникла в него. Казалось, по всему телу разошлась боль, невероятная и невыносимая. Оно засветилось. Беван почувствовал его боль и испугался, еще сильнее схватив друга за руку.

Искра погасла. В их убежище стало темно, даже лица Бевана нельзя было разглядеть. Раздался еще один взрыв, где-то неподалеку, и бетонная балка рухнула вниз, открывая дыру в потолке. В нее проглянуло небо Аризара, все в пламени, копоти и дыму.

Рэнд высвободился из рук Бевана и сел. Агония закончилась.

Беван был бледен. Он отвел густые черные волосы со лба и взглянул на руку.

— Что мы наделали?

Он едва шептал, но в его голосе все равно слышалось изумление.

Вместе они исцелились — с помощью неописуемой силы.

Рэнд протяжно вздохнул. Он поднялся на ноги и помог Бевану встать.

— Выбирайся отсюда, — сказал он. — Делай то, что хотел.

Беван помедлил у выхода из убежища и оглянулся.

— Друг…

— Ты прав. Они охотятся за тобой, чтобы отнять силу — и может быть, замышляют даже худшее, потому что не знают, на что ты способен. Но я не позволю поймать тебя, понял?

Беван улыбнулся.

— Понял, — он повернулся и исчез.

Рэнд внезапно упал на колени. Он еще не был в порядке. Свернувшись на боку, он задумался, сможет ли выжить, пока его не разыщет Палатон.

Палатон приказал тезару посадить корабль, несмотря на разрушения в порту. Атакующие суда разбомбили порт и город, как яичную скорлупу. Палатон уже знал, что в школе кое-кто выжил, что они сражались, когда чоя с материка пришли им на помощь, но все равно жертв было слишком много. Виноват абдрелик — в этом Палатон был уверен. Такие атаки были в их обычае, хотя на кораблях никто не видел опознавательных знаков. Но это его не слишком заботило. Он чувствовал, как тонкая ниточка жизни Рэнда пульсирует в его голове, натягиваясь до предела, поэтому спрыгнул из люка прежде, чем опустили трап.

Ему понадобится несколько часов. Аура еле виднелась среди дыма и пепла. Он пробирался по разрушенным улицам, слышал скорбные вопли заритов и шум работы спасательных бригад, разыскивающих под обломками уцелевших. Он полагался только на собственное чутье, молясь, чтобы Рэнд выжил.

След оборвался на окраине города. Палатон в нерешительности остановился среди разрушенных бетонных башен. Он чуть не плакал от внезапного осознания того, что остался один и был совершенно беспомощен, но потеря бахдара ничего не значила по сравнению с потерей Рэнда.