Шрифт:
— А ты, Малатеста, разве не оплакиваешь этого славного прелата, чьи порядочность и благочестие озарили нашу жизнь?
— О да. К несчастью, я мало его знал. Мы с ним могли бы жить душа в душу. Я так скорблю…
— Мы оставим тебя наедине с твоей скорбью. Пойдем, Никколо. Малатесте надо побыть одному.
Прежде чем выйти на лестницу, Макиавелли в последний раз обернулся. Он посмотрел на неподвижное тело своего друга, потом перевел взгляд на прелата, распростертого у ног наемника. Его губы шевельнулись, будто он хотел что-то сказать, но он только глубоко вздохнул и закрыл дверь.
Оставшись один перед лицом смерти, кардинал Сен-Мало издал истошный вопль.
Благодарности
Аннализа подарила моей героине свое имя. Она не могла бы доставить мне большей радости.
Сильвия Дженцано с самого начала поддержала этот замысел. Ее замечания были очень важны для меня.
Валери и Луи Данти помогли мне своим верным вкусом и ценными советами.
За все это (и за многое другое) я благодарю их от всего сердца. Этот роман многим им обязан.