— Это уж как пить дать, — подтвердил Владимирыч.

— И свой отстойник. Машины ведь надо где-то прятать, перекрашивать, перебивать номера на узлах и агрегатах. Раз они до сих пор не попались, значит, работают на совесть.

— Знаешь, что я тебе скажу, Сергеич?

— Что? — Жигулов надеялся услышать совет. И услышал.

— Мыслишь ты правильно, в нужном направлении. Четко, логично. Только дело-то все равно «глухое», как ни крути. Поверь, это я тебе как бывший опер говорю. Меня ведь оперативная работа кое-чему научила, слава Богу. И одно из первых правил, которое я усвоил: не хвататься за безнадегу. Пока ты голову над этими иномарками будешь ломать, успеешь троих «бытовиков» за жабры взять. И тебе плюс и обществу. А соображения твои, хоть и красивые, и умные, все равно только соображения и ничего больше. — Владимирыч поджал губы и развел руками, словно бы говоря: «Такова нелегкая следовательская жизнь, и ничего с этим не поделаешь». — Кофе-то будешь пить? Жигулов несколько секунд смотрел на него, затем кивнул утвердительно и вновь вернулся к созерцанию карты.

— Ты совсем с этими машинами дошел, — прокомментировал не без некоторого сожаления действия коллеги Владимирыч. — Так нельзя. «Терпилы» твои купят себе новых «лошадок», краше прежних. Не нищие, поди. Не учителя, не пенсионеры. А ты в дело вцепился, будто на нем свет клином сошелся. Оставь. Найдутся рано или поздно. Всплывут где-нибудь.

— Они успевают загнать краденые машины в отстойник прежде, чем смежники — перекрыть трассы и развязки, — задумчиво продолжал гнуть свою линию Жигулов. — Отсюда вывод: отстойник расположен где-то недалеко и скорее всего за чертой Москвы.

— Вот упертый ты все-таки мужик, Сергеич. Ох, упрямый. Совета доброго не слушаешь. Другой бы оценил, поблагодарил за подсказку, а ты… И потом, почему именно за чертой Москвы? — спросил Владимирыч, протягивая руку за вторым стаканом и наливая в него густой ароматный напиток. — Они могут и где-нибудь в промзоне отсиживаться. Благо их вокруг — пруд пруди. Кстати, я тебе кофе налил. Угощайся.

— Спасибо, — Жигулов вернулся к столу, взял свой стакан и тут же вновь шагнул к карте. — Во-первых, промзон здесь не такой уж и пруд. Во-вторых, когда подобная машина заявлена в розыск, мелькать перед постами ГАИ довольно опасно. Проще и безопаснее выехать за Кольцевую, пока тачка еще не числится в угоне. Да и оформить продажу в области проще.

— Пожалуй, — согласился Владимирыч, доставая из кейса сверток с бутербродами, разворачивая пакет, промасленную вощеную бумагу и начиная неторопливо, обстоятельно закусывать. — Бери бутерброд, — прошамкал он набитым ртом. — Ну допустим, — кивнул, тщательно пережевывая хлеб с большим куском розовой ветчины. — И что ты намерен делать? Прочесывать все города-спутники? Включая поселки и деревни? Они ведь могли укрытие и в деревеньке какой-нибудь оборудовать. Не подумал ты о таком варианте? А зря. Вполне реально. Тихо, и посторонние не ходят. А если объявится кто-то, начнет вопросы задавать, они сразу об этом узнают и успеют «на дно» залечь.

— Надо по местным отделениям разослать ориентировку на последнюю угнанную машину. — Жигулов выбрал бутерброд с вареной колбасой, поменьше, чтобы совсем уж не наглеть, глотнул кофе, потер подбородок. Повернувшись, поставил стакан на стол, полез в карман пиджака за сигаретами. — Опять же, если у кого-то из местной молодежи внезапно и совершенно беспочвенно вдруг резко возрос материальный достаток — пусть приглядятся. Такие машины за бесценок не продают. Значит, денежки у ребят должны водиться. Хорошие денежки.

— Да, да, — пробормотал неопределенно Владимирыч, аккуратно завернул остатки трапезы в бумагу и убрал пакет. Тщательно вытер пальцы носовым платком, закурил и сыто взялся за сводку. — Вот, кстати, — усмехнулся он уже через несколько секунд. — Как раз по твоей части информация!

— Что? — Жигулов резко повернулся.

— Вчера от дома номер двадцать по Библиотечной улице, между шестью и девятью часами вечера, угнаны белые «Жигули-2106». Номер… — Владимирыч засмеялся. — Не интересно, Сергеич?

— Да иди ты, — Жигулов отошел от карты, устроился за своим столом. — Тебе лишь бы шуточки.

— Это верно. А ориентировки ты, Сергеич, разошли, разошли, — Владимирыч перебросил очередной лист. — Мысль-то хорошая. Чтобы они там, в области, не очень расслаблялись. Заодно уж и к гаражным массивам приглядятся. Так, смотришь, и выплывет, не твоя, так другая какая-нибудь.

— Меня моя интересует, а не чужая.

— Тоже правильно, — согласился Владимирыч.

— Кстати, владелец вчерашнего угнанного «БМВ» обещал вознаграждение, если его машина будет найдена. Владимирыч взглянул на Жигулова. Заинтересованно взглянул.

— И большое вознаграждение? — спросил он после короткой паузы.

— Соразмерное, — ответил уклончиво Жигулов. — По труду. Но товарищ, сразу видно, не бедный.

— Как думаешь, пять штук даст?

— Бери выше. Семь, а то и все десять. Новенькая «бээмвуха» седьмой серии тысяч на семьдесят пять потянет, если не больше. Причем в базовой комплектации.

— Это верно. — Владимирыч хмыкнул, озадачился абстрактно: — А добровольные помощники могут рассчитывать на законную половину вознаграждения? Жигулов улыбнулся: