Шрифт:
Дети уснули, тишина и темнота окутала квартиру, двое взрослых людей лежали неподвижно на разных краях большой, массивной кровати, с полукруглыми спинками, так они и уснули…
В квартире дети прижились, шла неделя за неделей, а они все еще жили вчетвером.
Инесса Евгеньевна все чаще забывала о своем отчестве, Марк Денисович называл ее Инесса, дети – тетя Инесса. Но, оставалось большое но, ничего не было между взрослыми. Они спали под разными одеялами на большой кровати, и боялись перейти последнюю границу.
Стулья отдыхали.
Отношения Валеры со мной с каждым днем становились прочнее. Валера больше не бегал к матери на обед или ужин, ее квартира была заполнена людьми, и он все чаще готовил сам на кухне, если я зачитывалась очередной книгой. Иногда Валера поднимал крышку глазка в двери и провожал взглядом новое семейство своей матери, после чего еще надежнее оседал рядом со мной.
Глава 3
Славянский шкаф До чего я люблю этот славянский шкаф! – думала я, вспоминая, Егора Сергеевича, сидя в своем кабинете. Он стоял у меня перед глазами, я очень хотела, испытать на ощупь этот славянский шкаф. С каждым днем мне все сложнее становилась держать нейтралитет.
– Маргарита, – ворвалась в кабинет Лена продавщица, – там, там, привезли славянский шкаф!
– Что с ним? Он ранен? – спросила я, продолжая думать о Егоре Сергеевиче.
– Это шкаф, он очень старый, нет, сколов на нем не видно.
– Какой шкаф, Леночка?
– Идемте со мной, этот шкаф у вас в кабинете не поместится.
Мы вышли на улицу, на фоне кустов, с цветущей сиренью стоял его величество славянский шкаф! Это был уникальный экземпляр славянского шкафа! Метра два шириной, метра два высотой, немного напоминал сервант, секретер, шкафы для одежды, в одном флаконе.
Шкаф из дуба, – это я сразу определила по рисунку древесины, из которой выполнен этот чудовищный красавец. Весь шкаф с большим мастерством и вкусом был украшен вензелями из того же дуба. Рядом стояли четыре дюжих молодца в униформе строителей.
– Кто хозяин шкафа? – обратилась я к рабочим в спецодежде.
– Мы, – хором ответили богатыри со стройки, – понимаете, мы старые дома сносим под новые застройки. Мы обходили дом перед взрывом, и нашли этот шкаф, он был закрыт старыми досками, хламом. Хозяева его уехали в новый дом, а шкаф сдвинуть не смогли, мы его с трудом к вам привезли, возьмите шкафчик, пожалуйста.
– Кому ж я его продам, такой большой, – начала я сбивать цену.
– Понимаем, гражданочка, да вы не беспокойтесь, мы много не просим, заплатите, сколько сможете, мы на четверых деньги и разделим, и забудем друг о друге.
– Хорошо, занесите его на склад, его еще реставрировать надо.
– Без проблем, это мы всегда, пожалуйста.
Рабочие взяли деньги, один из них оказался с паспортом, на него и записали сданный в магазин шкаф. Он взял деньги с чеком через кассу, разделил их перед кассой на четыре части, и они отбыли на свою стройку.
Я вызвала реставратора мебели, тот при виде шкафа наполнился счастьем до краев, и приступил к любимой реставрационной работе.
Вскоре на пороге кабинета директора, возник Селедка.
– Здравствуйте, Маргарита, мое вам почтенье, – заговорил Виталик Селедкин.
– Виталик, ты откуда и куда? И без пистолета?
– Простите меня, пожалуйста, мы пошутили, пистолеты у нас были деревянные, их мой отец столяр делал для театра, я взял три штуки, ребята захотели приколоться, мы только пошутить хотели. Из милиции нас выпустили, за отсутствие улик.
– У меня слов нет, а теперь, что ты от меня хочешь, гражданин Селедкин?
– Хочу вернуться к вам на работу.
– Совести у тебя нет, грабить бывшего директора магазина, но работник ты хороший, с этим не поспоришь. Так, что говоришь? Твой отец столяр? Хороший? А шкаф сделать сможет?
– Да без вопросов.
– Прощу тебя, ради твоего отца, приведи его сюда.
– Он здесь, ждет меня на улице, у кустов сирени. Обожает отец сирень.
Селедкин старший зашел в кабинет, снял кепку, наклонил голову в знак приветствия.
Я и столяр нашли общий язык. Столяр согласился сделать еще один шкаф из дуба.
В кабинете раздался телефонный звонок:
– Маргарита, это я, Инесса Евгеньевна, – у меня есть идея, как продать антикварные стулья.
– Слушаю вас очень внимательно, – строго сказала я.
– Не надо ничего придумывать, все придумано, надо написать табличку, что этот стул из гарнитура великого писателя восемнадцатого века и рядом повесить фотографию кабинета этого писателя, на которой ясно виден стул. И все… Стулья состарим без помощи Валеры, договоримся с дежурной, которая испытания проводит на климатических стендах.