— Они нас не любят, — горько продолжала Ализа. — Говорят, что стражи воруют еду у их драконов. — Она презрительно фыркнула. — Этот Д'ган! Чтоб он провалился, дурак высокомерный. Вбил себе в башку, что стражи объели его и ему пришлось уйти из Айген-Вейра.

Пеллар посмотрел на нее с удивлением. Он знал, что Д'ган — предводитель Телгар-Вейра и что Айген-Вейр объединился с Телгаром несколько Оборотов назад, но про стражей ничего такого не слышал.

— Говорит, они мерзкие, их надо истребить, — хмыкнула Ализа. Она посмотрела на Пеллара. — Я знаю, что вид у них неважнецкий, да вот сердце золотое, если узнаешь их поближе. Золотое сердце, да…

Она невольно оглянулась на вход в пещеру и расщелину за ней.

— Потому их так мало и осталось, — тихо добавила она. — Так мало, — повторила она, кивая самой себе и уставившись в никуда. Через мгновение она посмотрела на Пеллара и заговорщически сказала ему: — Думаю, она — последняя.

И — совсем другим тоном:

— Итак, чего тебе надо и почему я должна отпускать тебя живым?

И только тогда Пеллар понял, что мастер воспитателей стражей безумна.

В течение последующих пяти дней Пеллар выяснил, что лагерь Ализы — горестное место, населенное отчаявшимися людьми. Пеллару пришлось призвать на помощь весь свой такт, все обаяние и как следует поработать, чтобы заслужить их невольное признание — и заставить их смириться с его существованием. В отличие от Изгоев, эти люди были не просто отчаявшимися, они фанатично пытались продолжить род стражей.

Осознав, как остро эти люди нуждаются в еде, Пеллар предложил им поставить ловушки и силки, и ему разрешили это сделать, хотя часть дня за ним по пятам ходил Джайтен или кто-нибудь еще из мужчин лагеря. Он с радостью принимался за самую тяжелую работу и выполнял ее со всем старанием. Даже Ализа похвалила его за отдраенные до блеска котелки.

Мастер Ализа, сдержав слово, велела одному из мужчин найти хороший кусок сланца, чтобы заменить разбитую дощечку Пеллара, и помогла в нелегком деле сверления дырок, чтобы повесить ее на шнурок Пеллар припас еще несколько кусков сланца на будущее — на всякий случай.

Поскольку Пеллару не слишком доверяли, ему часто приходилось развлекать трех младших детей в лагере, малышей, которые едва встали на ножки. Это было нелегким делом, поскольку он не мог сказать им, что надо делать, зато быстро понял, что им очень нравится, как он объясняет другими способами. Дети были очарованы его играми и волшебной флейтой.

При первом же удобном случае он срезал три тростинки, сделал три дудочки, настроенные на разные ноты, и научил детишек играть одну из самых известных Обучающих Баллад. Матери были очень довольны и шумно выражали свое удовольствие. Но Ализа довольна не была.

— Баллады! — фыркнула она, узнав мелодию. — Что в них толку? Только драконье отродье славят! — Она с отвращением помотала головой.

Пеллар озадаченно посмотрел на нее, удивленный такой желчностью.

— Драконьим всадникам нет до нас дела, — с горечью продолжала Ализа. — Это ведь сам Д'гар, предводитель Телгар-Вейра, велел нам паковать вещички и выгнал вон. Ваши, мол, твари пожрали все стада, ничего не оставили боевым драконам, — передразнила она. Покачала головой. Глаза ее блестели от слез. — Боевые драконы! — фыркнула она. — Уже сто Оборотов, как ни одна Нить не упала! С чем они сражаются-то? — Она печально закивала. — Он выгнал нас, будто мы Изгои, — всхлипнула она. — Один ребенок умер по дороге, потому как еды не хватало. — Она снова покачала головой. — Стражи заслужили все, что съели. Ночью они охраняют стада от ночных хищников, они ловят и убивают пещерных змей, отпугивают цеппи — даже пастухи рады стражам! — но он нас выгнал. Нет, — сказала она, глядя на Пеллара. — Ничего не хочу слышать в моем лагере о драконьих всадниках. Они выгнали нас на верную смерть, и последнюю королеву стражей вместе с нами.

Потрясение отразилось на лице Пеллара настолько откровенно, что Ализа невесело рассмеялась.

— Думаешь, все драконьи всадники такие прекрасные, что прям ничего плохого и сделать не могут? — Она рассеянно покачала головой. — Тебе много что предстоит узнать, малыш, очень много…

Она отвернулась и пошла к своему алькову, спать. По пути ее взгляд упал на возившихся малышей, окруженных матерями.

— Тут слишком холодно, — дрожа, объявила она, показала на детей. — Придет зима, и их станет меньше. — Она оглянулась на Пеллара. — Сегодня будешь караулить первым.

Джайтен смотрел на них из угла.

— Потом разбудишь Джайтена. Пеллар кивнул.

— Стража не беспокой, — предупредила Ализа. — Услышишь шум, пошли к ней своего файра и предупреди. — Она закатила глаза. — Ей он почему-то нравится. Она все проверит, у нее лучшее ночное зрение на всем Перне.

Пеллар кивнул и пошел ко входу в пещеру. Сел там, скрестив ноги, спиной к дальнему костру.

Щебетун быстро облетел окрестности и вернулся. Свернулся возле Пеллара, положив голову на колено юноше. Пеллар улыбнулся и рассеянно погладил файра, напряженно думая о словах Ализы.

Во время своих странствий он много слышал о Д'гане, предводителе Телгара. От Кром-холда до Кеога он добирался через земли, которые в случае атаки Нитей всецело полагались на Телгар-Вейр, И Кэмпбелл-филдз тоже находился под защитой Телгара. Он припомнил, как холдеры, особенно пастухи в Кэмпбелл-филдз, с опаской упоминали об Ализе и ее стражах. Только убедившись, что он не служит Д'гану, они начинали говорить с ним спокойно — особенно после пары стаканчиков вина. И они рассказывали Пеллару в точности то же, что и Ализа, хотя и другими словами.