– Моя жена, Труди, – продолжал Антуан, представляя еще одну женщину – лет тридцати пяти, с тронутыми сединой каштановыми волосами, какие увидишь во Франции у каждой второй женщины. Труди приветливо улыбалась.

– Я – Труди, добро пожаловать, – произнесла она, явно владея английским хуже своего мужа.

Старшая мадам де Персан говорила по-английски, старательно подбирая слова.

– К моему сожалению, мы пренебрегли обязанностями соседей. Мы вели уединенный образ жизни, но теперь решили исправить свою ошибку. Мы слышали, как возмутительно обошлись с вами у почтамта, мадам.

– Благодарю, но на самом деле со мной ничего не случилось, – отозвалась Клара.

– Да, это было возмутительно, – подтвердил Тим Нолинджер. – Более безобразного инцидента я еще не видел.

– Тим был очень любезен, – со смехом сказала Клара. Она присматривалась к Труди, которая была выше ее ростом: симпатичная, но ничем не примечательная женщина.

Антуан повернулся к Сержу и Делии.

– Что будете пить? – спросил он и сообщил, что по выходным в такой час они обычно пьют вермут. Обычный воскресный ленч. Клара начала понемногу успокаиваться.

– Людям моего возраста свойственно возмущаться современными манерами и обычаями, – продолжала старшая мадам де Персан, – но право, это ни на что не похоже! И вряд ли это были простые фермеры – нет, скорее наши соседи-буржуа. По крайней мере некоторые из них. Конечно, им вспомнился недавний случай с министром, и они тоже решили позабавиться. В городе они ведут себя совсем иначе. Как прискорбно!

– Это было ужасно, правда? Отвратительные манеры! Я сама все видела, – подтвердила Труди. – В это время я была в здании почтамта. Я уже хотела позвонить в полицию – при мне был мобильный телефон. Но тут вмешался месье. – Она улыбнулась Тиму. – Сказать по правде, я надеялась, что они не решатся так унизить мадам Крей.

– И я убеждена, что они не тронули бы меня, – чуть надменно, но без особой уверенности произнесла Клара.

– Мы могли бы сегодня сыграть в теннис, – предложил Антуан. – Вы захватили ракетки?

Оказалось, что костюм и ракетка есть только у Тима, поэтому играть парами не получится.

Вермут пили в зимнем саду – стеклянной пристройке, обращенной к саду. Разговор вертелся вокруг несчастных случаев. Обсудив инцидент у почтамта, заговорили о руке Анны-Софи, болезни виноградника, принадлежащего Персанам, напряженной обстановке на Балканах. Тим и Антуан сыграли несколько раз. Тим обыгрывал хозяина, но из вежливости с не слишком большим счетом. Женщины пришли к выводу, что победила дружба.

Как красивы мужчины, играющие в теннис, думала Клара. Ей вспоминались изображения на греческих вазах, обнаженные борцы и воины с дротиками.

Длинный овальный стол раздвинули, и он приобрел громадные размеры. За ним расселись одиннадцать человек: Серж и Клара, Делия, Анна-Софи и Тим, Труди и Антуан, двое племянников, робкая четырнадцатилетняя девочка по имени Гаранс и мадам де Персан. Клару усадили по правую руку от Антуана, Анну-Софи – по левую. Мадам де Персан посадила рядом с собой Крея и Тима, остальные расположились по своему выбору, а Труди – поближе к кухне и к детям, чтобы присматривать за ними.

Клара с интересом и легкой, почти незаметной болью наблюдала, как Антуан помогает Анне-Софи, с трудом шевелящей рукой, вскрывать раковины мидий, из-за чего он чаще поворачивался к ней, чем к Кларе. Находит ли Анна-Софи его привлекательным? Сознает ли его мужскую красоту так же остро, как она, Клара? Анна-Софи с привычным кокетством улыбалась, показывая ямочки на щеках, и смеялась – по мнению Клары, слишком часто. Да, действительно, улыбки Анны-Софи стали лучистее, она старательно подчеркивала свою женственность. Антуан поворачивался к Кларе время от времени, умело играя роль внимательного хозяина, вежливо прерывая щебет Анны-Софи, чтобы передать Кларе блюдо или обменяться парой замечаний.

Она спросила его о невестке-американке, с которой была знакома. Клара задумалась: какие еще общие темы для беседы у них есть? Упомянула о торговых разногласиях, угрожавших лишить американцев сумочек фирмы «Вуиттон».

– Над чем вы сейчас работаете, месье Крей? – полюбопытствовала мадам де Персан. – Когда нам ждать нового фильма? Полагаю, эти вопросы вам уже надоели.

– Отнюдь, мадам, – отозвался Крей, который держался дружелюбно, совсем по-соседски. – Я работаю над фильмом о борьбе правых сил в Америке. Разумеется, сюжет гораздо сложнее. Это будет картина о группках людей, решивших спрятаться от «черных вертолетов». Они запасаются провизией к миллениуму, когда, по их мнению, наступит конец света. Фильм о просторах Монтаны и Айдахо, где в тайниках хранится оружие. Словом, фильм об Америке. Нескромно, правда?

Он рассмеялся и обвел взглядом странных, умных глаз всех слушателей, наслаждаясь произведенным впечатлением. Этого он и добивался – пытался заставить их на минуту замолчать. Клара услышала в его голосе торжествующие нотки, словно он излагал беспроигрышную идею руководителям студии. Впрочем, Сержу не было необходимости заинтересовывать их. Ему разрешалось снимать что угодно, лишь бы он работал.

– А кто вы пригласите на главные роли? – в конце концов спросила Труди.

Крей нахмурился.