Здесь я ему возразил. Не были ли слова Хаксли об этих созданиях лишь метафорой, некой поэтической вольностью? Разум "населяют" воспоминания и мысли, но не чудовища. На это Райх пожал плечами:

— Откуда нам знать?

— Согласен, этого мы знать не можем. Но это просто здравый смысл.

Я подумал о событиях прошлой ночи, и уверенности у меня поубавилось. Был ли это "здравый смысл"? Или же мы просто привыкли думать о человеческом разуме как о чём-то заведомо определённом — так же, как наши предки считали Землю центром Вселенной? Я говорю "мой разум" так же, как говорю "мой сад". Но действительно ли мой сад "мой"? Он полон червей и насекомых, которые совсем не спрашивают моего разрешения жить в нём. И он будет продолжать существовать и после моей смерти.

Странным образом такой ход мыслей заставил меня почувствовать себя лучше. Всё это объясняло мою тревогу — или же казалось, что объясняло. Если индивидуальность лишь иллюзия, а разум в действительности есть нечто вроде океана, то почему бы ему и не содержать чуждых созданий? Перед тем как заснуть, я сделал себе заметку заказать "Небеса и Ад" Олдоса Хаксли. Тем временем мысли Райха приняли более практичный оборот. Спустя десять минут, как я ушел в свою палатку, он крикнул мне:

— Знаешь, мы вполне могли бы попросить Даргу одолжить нам большую воздушную подушку для перемещения зонда. Это здорово облегчило бы нам жизнь...

Теперь мне кажется абсурдным, что никто из нас не предвидел всех последствий нашего открытия. Конечно, мы полагали, что вызовем волнения в археологических кругах, но при этом совершенно забыли, что случилось, когда Картер [44] обнаружил гробницу Тутанхамона, или когда в Кумране были найдены рукописи Мёртвого моря [45] . Археологи всегда склонны не принимать во внимание мир средств массовой информации и истерию журналистов.

В половину седьмого, ещё до прихода рабочих, нас разбудили Фуад и Дарга. С ними были четыре чиновника правительства и две американские кинозвезды, бывшие в Турции на экскурсии. Райх начал было негодовать на это вторжение без предварительного предупреждения, но я указал ему, что турецкое правительство действовало в рамках своих прав, за исключением, пожалуй, этих кинозвёзд.

Прежде всего они захотели убедиться, что блоки действительно находятся на глубине двух миль. Райх включил зонд и показал им очертания "Блока Абхота" (как мы его назвали) и "крота" рядом с ним. Дарга выразил сомнение, что робот смог проникнуть на такую глубину. Райх терпеливо подошел к его пульту управления и включил его. Результат получился обескураживающим — экран оставался чистым. Райх проверил управление роющих механизмов "крота" — это тоже ничего не дало. Вывод мог быть только один: температура или давление повредили его оборудование.

Это была явная неудача, хотя могло быть и хуже. "Крот" был дорогой, но его вполне можно было заменить. Фуад и Дарга всё ещё хотели убедиться, что в зонде не было никаких неполадок, и Райх потратил всё утро, чтобы показать им, что все его цепи в порядке, и что никаких сомнений в глубине залегания блоков быть не могло. Мы отпечатали фотографию Блока Абхота с радара и сравнили клинопись на ней с клинописью на базальтовых статуэтках. Было совершенно ясно, что обе принадлежат одной культуре.

Был только один способ разрешить возникшую проблему: прорыть до самых блоков тоннель в полный рост. Следует сказать, что тогда мы ещё не представляли истинных размеров отдельного блока. Мы считали, что высота, показанная на экране зонда, была высотой стены или здания. По общему признанию, фотография блока ставила ещё один интересный вопрос, поскольку была сделана сверху: это, по-видимому, означало, что стена или здание лежало на боку. Ни одна из известных цивилизаций прошлого не делала надписей на вершинах стен или крышах зданий.

Наши посетители мало что поняли, но были потрясены. Если только всё это не окажется какой-то случайной причудой, то, несомненно, это была величайшая находка в истории археологии. До сих пор старейшей цивилизацией, известной человеку, была цивилизация индейцев масма на плато Маркахуази в Андах — девять тысяч лет [46] . Но мы вспомнили результаты экспериментов с базальтовыми фигурками на нейтронном датировщике, которые сперва посчитали ошибочными. Теперь-то они подтверждали наше предположение, что мы столкнулись с цивилизацией, бывшей по меньшей мере в два раза старше цивилизации на Маркахуази.

Фуад с коллегами остались с нами пообедать и уехали около двух. К тому времени их возбуждение передалось и мне, что меня несколько раздражало. Фуад пообещал как можно скорее прислать корабль на воздушной подушке, но оговорил, что на это может уйти несколько дней. До его же прибытия у нас не было особого желания передвигать зонд вручную: нам стало ясно, что теперь мы получим гораздо больше государственной поддержки, чем ожидали, и поэтому было бы бессмысленно тратить энергию впустую. У нас был второй "крот", но рисковать им мы пока не хотели. Так что в половине третьего мы расселись в тени Нижних ворот и стали пить апельсиновый сок, чувствуя себя полнейшими бездельниками.