Он оценил тот маршрут по которому собирался бежать, на ближайшие пятьдесят метров. Вскинул винтовку. Какое-то время, секунд пять, он мог бежать, не глядя на дорогу. Нужно было разобраться с вертолетиком, с единственным воздушным дроном. Меньше вариаций — значительно легче ориентироваться в обстановке. Особенно тогда, когда приходиться просчитывать все варианты в одиночку. А вертолет давал «парандже» и ее хозяину неоспоримые преимущества как в слежении, так и в маневренности.

Как только Дрей поймал воздушного дрона в окуляр прицела, он сразу увидел, что мини-машине понадобиться еще несколько секунд, чтобы развернуться на позицию стрельбы. Через окуляр доставщик видел, что камер наблюдения на дроне было навешано много, но аналог снайперской винтовки, о которой говорила девочка был один, и дуло оружия торчало по направлению движения вертолета. Дрон мог стрелять только в тот момент, когда его нос был направлен в сторону цели.

Поэтому Дрей чуть-чуть подождал, когда вертолет начнет разворачиваться. А в том, что машина будет стрелять — он был уверен. Команда на уничтожения столько назойливого противника дана не только людям, но и дронам. Лир не собирался подпускать Дрея к себе. Лиру нужна была девочка. Самый простой способ добраться до девочки заключался в предварительном уничтожении ее нынешнего охранника.

Чтобы выстрелить, вертолету пришлось бы развернуться, возможно даже зависнуть, но, в любом случае — оказаться в статичной позиции относительно бегущего навстречу Дрея. И как только это произошло — Дрей истратил еще один патрон из обоймы. Ему хватило той доли секунды, на которую его цель замерла в окуляре.

Пуля вошла куда-то во внутренности дрона. Если бы машина была наземная, скорее всего, эта пуля не принесла бы ей существенного вреда. Но механизм, находящийся в воздухе, не был рассчитан на обстрел, да и не мог он нести достаточно средств защиты и одновременно длительное время летать. Одной пули хватило, чтобы вертолет задымился и по спирали устремился вниз.

Взрыва не было. Вертолет просто упал где-то впереди с глухим стуком. Но этот стук Дрей все же уловил. К тому моменту он был еще на сотню метров ближе к своей цели.

Шары как будто взбесились. Теперь они даже не пытались держаться за Дреем, или перед ним. Они начали полностью оправдывать свое название. Шалуны метались по окрестностям, Периодически исчезая в домах, запрыгивая в одни окна и выскакивая из других. Один из шаров разогнался, заскочил на стену дома и пробежался по вертикали, быстро-быстро перебирая неожиданно появившимися ножками.

Другой в какой-то момент провалился в отверстие канализации, давным-давно оставшееся без люка. Дрей уже было подумал, что с этим шалуном придется попрощаться, но через пару секунд он вынырнул в совершенно неожиданном месте, как ни в чем ни бывало продолжая хаотичную пляску.

До Лира оставалось метров шестьсот. Чуть дальше, чем обычный защитный период «паранджи», но Дрею почему-то казалось, что он встретит передовую линию обороны с секунды на секунду. Лиру надо было начинать бояться экзо, который раз за разом разрушал его планы, и скорее всего — этот страх должен был вылиться в поспешные попытки разобраться с атакующим на дальних подступах.

Шалун-один замер, просто перестал шевелиться. И сделал это почти моментально. Прямо навстречу Дрею, мимо остановившегося шара, ползло нечто, напоминающее черепаху. Но ноги у дрона были слегка пошустрее, чем у его аналога в животном мире.

На этот раз первой выстрелила девочка. Дрей даже не оборачивался, только заметил, что пуля из пистолета Илоны раздробила крохотную голову псевдо-черепахи.

Дрон, перестал идти навстречу Дрею. Но, несмотря на повреждение — не выключился. Лапы приняли странную форму, как будто черепаха встала на цыпочки в попытке исполнить небольшой танец четвероногой маленькой черепахи.

Дрей прыгнул, подхватил девочку, свалился вместе с ней и покатился, судорожно вжимаясь в землю.

Черепаха закончила изображать из себя балерину, на мгновение замерла, словно раздумывая, не встать ли еще и на задние лапы, и раскрылась. Крышка-панцирь, утягивая с собой почти все туловище, отщелкнулась и вылетела вверх.

Клубок, состоящий из доставщика и его доставки, закатился за развалившуюся стену стоявшего здесь когда-то здания.

Достигнув наивысшей точки, черепаха — дрон взорвалась, разбрызгивая вокруг себя осколки. В основном, из панциря, мгновенно превратившегося в оболочку осколочной мины.

— Откуда ты знала? — Спросил Дрей.

— Я не знала. Но пора стрелять во все, что движется. Не трогая только шалунов. Все остальное — это Лир.

— Лир говорит, что ты труп, Дрей. — Это был старик. — Не то, чтобы это было интересно, но интонация мне сказала, что он перешел в атаку. Думаю, что вам надо ждать очень много гостей, и очень скоро.

— Спасибо, — Дрей поднялся, запрыгнул на стену, осмотрелся, и побежал вновь. Сначала он перепрыгивал с одного обломка стены на другой, но потом опять спрыгнул на землю.

Оба шалуна продолжали прыгать вокруг, казалось, что их хаотичные движения все ускоряются и ускоряются.

Дрей рассчитывал, что не увидит никого, кроме Лира. Вряд ли «король» позволял хоть кому-нибудь из подчиненных приближаться к себе ближе, чем позволял внутренний периметр «паранджи». А это значит, что если люди в его охране и были, то их было очень и очень мало.