Город спал. В тишине постукивал по крышам мелкий дождик, помяукивали где-то кошки, покрикивали и постукивали ночные сторожа… Лишь в одном доме бегали слуги, плакали барышни и прицельно падали в обморок прямо на кресла. Громкие крики никого однако не привлекли.» Ну - и так далее… Как видишь, развиваясь, сюжет морфировал, и вот уже главный оппонент Дракона становится всё хуже и хуже, пока не превращается в такое чудовище, что проигрывает Дракону даже с первого взгляда… И, кстати, меняет дворянское имя Бернард на простонародное «Эндрю». Девица становится Принцессой, чтобы появилась интрига и новый виток подлости в жизни главного антигероя.

–  Зато неясно, зачем исчез из сюжета Молодой Пророк, - вздохнул Тим. Видимо - этот образ врезался мгновенно, хотя и был лишь в одной фразе…

–  Не знаю… Вот тут уж - точно не знаю! Могу лишь предполагать… То ли рассказчик решил, что сцена с девочкой на коленях у Пророка сильно напоминает «Алые Паруса» Грина, и отдалил сказку от другой сказки… То ли, рискну предположить, Пророка выбросила сама ткань Сказки, почувствовавшая, что два Пророка в одной сказке - это уже многовато…

–  Два пророка?! Что-то я там второго в упор не заметил!

–  И всё же он есть… Вернее - появился в поздней редакции, когда Дракон стал Золотым… Видишь ли, по традиции мира легенд Золотой Дракон - это Оракул, Пророк, так сказать… Невероятный, невозможный Золотой Дракон, умеющий превращаться в человека и знающий все пути всех нитей будущего и прошлого… И всё же - существующий, невзирая на свою невозможность!.. Вот Сказка и подкорректировала себя…

Удивительно - но вскоре сказка о Драконе и Мистри странствовала меж звёзд вместе с другими, и Тиму стало немного совестно. Он больше не рассказывал таких бесшабашных сказок. Он вообще не рассказывал сказок, только слушал и порой пересказывал услышанное. Лишь однажды, когда те же звёзды-близняшки попросили его «ещё что-нибудь о драконах» - он рассказал им сказку «Дракончик». Ту самую, что прочёл в день своего знакомства с журналистом и литератором Артагортом, свалившись к нему домой.

И всё… Дальше он только слушал…

Порой хотелось рассказать что-то из своей прошлой жизни. Но тут же набегала тоска по друзьям, которых давно уже нет… И не Факел тому виной… Причуды жизни, зашвырнувшей его далеко-далеко, и не столько в «куда», сколько в «когда»… А со временем, увы, не поспоришь…

Становилось так грустно, что хоть волком вой. И тогда Тим поднимал к глазам руку с хрустальными часами, и смотрел на замёрзшее Время. На удивление - лёд часов оттаивал холод тоски, размораживал стынущую на холоде звёздных ветров душу.

Становилось легче, и снова можно стоять днями, неделями и месяцами, слушая сказки других. Сопереживая их героям. Ведь так легко сопереживать тому, кого ни разу в жизни не видел. Это сопереживание ни к чему не обязывает. И о нём можно так легко забыть… И разлуки - не разлуки, если они не прошли через твоё сердце, и тоска - не тоска, и боль - не боль… Игра… Игра в тоску. Игра в боль. Игра в смерть друзей. Игра в сопереживание. Всё понарошку. А когда накатит настоящая, живая боль, готовая прорвать душу и выплеснуться наружу потоком эмоций, лавиной слов, сметающих всё на пути - можно достать «носовой платок» в виде прозрачных часов и выплакаться в него. Погасить воспоминания, не выпустив их наружу… Оттаить душу и заморозить боль.

Рассказать, как сдавал экзамены на Жреца? Не хочется. Рассказать об играх в Севастополе? А зачем? Поведать, как шлёпнулся к Артагорту в кабинет? А нужно?..

Главное - держать Факел. Просто держать… В конце-концов, он добросовестно пересказывает чужие сказки, распространяя их по миру. Так зачем плодить свои? Не в этом ведь смысл, а в поддержании этого ровного горения, этого оранжевого пламени над головой. Сердце Мира. Красиво… Вот пусть и горит… А остальное - зачем?..

И Тим жил. Часы. Дни. Месяцы. Годы…

Он не думал о том, сколько времени прошло с тех пор, как он занял этот пост.

Как-то раз он услышал сказку об одном титане, который взялся сменить своего умершего брата, поддерживавшего свод мира. Благородное дело. Великая цель. А затем - через время - к нему явилась богиня, в которую он был влюблён. Она предложила ему свободу, обещая своими чарами сделать так, чтобы небосвод никогда не обрушился на Поднебесную. Но титан прогнал её, потому что гордился своей миссией и боялся предстать перед самим собой трусом. А затем долго раскаивался в содеянном. Он понял, что он потерял себя, помогая другим.

Сказка запала в душу. Тим понял, что и он, подобно тому титану, постепенно теряет себя. Становится таким же холодным и равнодушным, составленным только из самоощущения собственной важности и значимости.

Просто долг перед другими - долг без переживания за других. Парадокс, который совершенствует и калечит душу одновременно.

Тогда стало страшно… По настоящему страшно.

Откуда-то из глубин мира пришла картина… Не сказка, а просто отрывок продолжающейся истории: китайский император в расшитых золотом одеждах, созерцающий деревянный заварной чайничек в момент чайной церемонии и произносящий сам себе: