— А вы делайте, что скажет господин Питни, — приказал Хикс своим людям. — И привезите мне этого грязного типа обратно, живым или мертвым. — Буравчики его черных глаз впились в узника. — Что же касается тебя, то берегись. При малейшей попытке к бегству тебе прострелят голову.

— Вашу любезность можно сравнить лишь с вашей вежливостью, господин тюремщик, — непринужденно произнес Рюарк. — Мы можем пуститься в путь или будут еще какие-нибудь инструкции для этих джентльменов?

Хикс жестом приказал Рюарку подняться в фургон, бросив напоследок:

— Поднимайся, негодяй. Ручаюсь, что Питни помешает тебе сделать со своей хозяйкой то, что ты сделал с беременной женщиной из кабачка.

Глаза Рюарка потемнели от гнева, но молодой человек смолчал под многозначительным взглядом Питни. Он прошел мимо Хикса, остановился перед дверью фургона и, гремя цепями, залез внутрь. Забившись в дальний угол, Рюарк стал ждать. Дверь закрыли на засов, и Хикс ударил палкой по деревянной стене фургона.

— Теперь за него отвечаете вы, — угрожающе прогремел его голос. — Смотрите, как бы он чего не натворил.

Тяжелый фургон с грохотом тронулся в путь. Было около полудня. Разумеется, Рюарк не знал, ни куда они едут, ни сколько времени продлится путешествие. В маленьком окошечке были видны клочок серого неба и блестевшие под дождем крыши. Когда позади остались последние дома лондонского пригорода, лошади побежали быстрее. Сквозь решетку Рюарку были видны фермы с соломенными крышами, угодья которых были разграничены живыми изгородями или же каменными стенами. Грязная дорога вилась по деревушкам, огибая мелкие усадьбы, но не было видно ни души, так как дождь не позволял ни работать в поле, ни расхаживать по улице. Фургон катился на глазах у единственных свидетелей — свиньи, с визгом умчавшейся с дороги, да лошадей, что паслись на мокром лугу.

Но вот экипаж резко свернул с дороги и покатился по небольшой поляне. Тряска была такая, что Рюарк еле удерживался в своем углу, упершись в балку каркаса фургона. Он с облегчением вздохнул, лишь когда лошади остановились перед каким-то прудом, заросшим зеленой тиной.

— Здесь, надежное место, ребята, — прозвучал, громкий голос кучера. — Вытряхивайте этого парня.

Питни слез с облучка с другой стороны, а оба гиганта стражника, спрыгнув на землю, вытащили за цепи Рюарка и, не дав ему времени опомниться, с силой швырнули в грязь — после недавних дождей берега развезло — и с диким хохотом стали награждать его тумаками.

— Поднимайтесь, ваше сиятельство. — Тот, что был покрупнее, пнул Рюарка ногой.

На грязном лице узника вспыхнули янтарные глаза. Рюарк поднялся на ноги. Он подобрал свои цепи и угрожающе покрутил ими. Один из стражников, Джон Крэддок, в удивлении отскочил от него и вытащил из-за пояса револьвер.

— Что ж, ребята, — угрожающе произнес Рюарк, — ведь у меня петля уже на шее. Если угодно, можете воспользоваться своим пистолетом, но вам придется объяснить господину Хиксу, почему ему не достанутся обещанные деньги. Найдите себе для развлечения кого-нибудь другого да помните, что, если вы снова поднимете на меня руку, эти цепи пройдутся по вашим головам и дьявол заполучит свою собственность обратно.

Стражники были люди простые. Этих слов им было вполне достаточно, чтобы они стали относиться к узнику с большим уважением. Однако Крэддок не опускал пистолета, пока Рюарк выбирался из грязи на сухое место, превращаясь опять в покорного узника.

Питни, опершись на задок фургона, следил за всей этой сценой. Он радовался тому, что, наконец, встретился с человеком, не уступающим в уме его хозяйке. Любопытно будет посмотреть на Шанну Траерн, когда она окажется лицом к лицу с этим парнем. Во всяком случае, это будет интереснее, чем то, что происходит на его глазах сейчас. Ему не нравилось, что эти двое издеваются над человеком, закованным в кандалы. Вынимая из кармана ключ, Питни двинулся к Рюарку. Проходя мимо Крэддока, он сделал вид, что споткнулся, и сильно ударил его плечом в спину. Тот потерял равновесие и, падая с хриплым возгласом, увлек за собой в грязь и своего коллегу Хэдли. Оба упали лицом вниз в липкое месиво. Отплевываясь и кашляя, они поднялись под спокойным взглядом Питни.

— Бог мой! Теперь вы все трое на одно лицо. Который же из вас… А, мой вон тот, в кандалах.

Его веселость разъярила обоих стражников.

— Черт побери, — продолжал Питни, обращаясь к одному из них, — ты же уронил в грязь револьвер господина Хикса, приятель.

Он шагнул к Рюарку, а Джон Крэддок принялся на коленях копаться в грязи, отыскивая оружие. Хэдли стал выбираться на твердую землю, но Крэддок ударил его по бедру.

— Смотри под ноги! — завопил он. — Курок взведен, и эта штука может прострелить тебе ногу.

Питни улыбнулся. Обращаясь к Рюарку, он указал пальцем через плечо:

— Там, у дороги, кабачок, где ты сможешь помыться и подготовиться к свадьбе. А у этих парней будет время обсохнуть. — И, подумав, добавил: — Что же до тебя, то попридержи язык. Никому ни слова, зачем ты здесь и откуда. Ни с кем не говори и о моей хозяйке. Понял?

Рюарк вытер с лица грязь и пристально посмотрел в лицо Питни.

— Понял.

— Сейчас я сниму кандалы, и мы отправимся туда. Время идет, и хозяйка ждет нас.