– Что здесь удивительного? Я знаю Иана с его рождения, а бабушку знала, сколько себя помню. Это все из-за меня!

– Погоди-ка, – Ротвелл взял девушку за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. – Почему ты винишь себя?

– Потому что только я виновата, – Мэгги резко отвернулась. – Думаю, ты первый со мной согласишься. – Разве не ты запретил мне ходить одной?

– Я. Но твое непослушание отнюдь не оправдывает этих негодяев. Твой поступок здесь ни при чем. И Кейт тоже ни при чем, если она винит за случившееся себя. Ведь она пришла на выручку подруге.

– Да, наверное, Кейт винит себя, – Мэгги удивилась, как это раньше не пришло ей в голову. – Ведь если бы мы обе не разозлили Фергуса и Сони, они не стали бы ее искать.

– Они сами отвечают за свои поступки. Их никто не призывал к насилию и убийству. Люди, подобные Кэмпбеллу, должны сидеть за решеткой.

– Их нужно повесить, – возразила Мэгги.

– Согласен, но это должен решить суд. Девушка промолчала, опасаясь, что не сумеет сдержаться. Ротвелл заглянул ей в глаза.

– Тебе нужно как следует отдохнуть и лечь спать прямо сейчас.

Опять он диктует, что ей следует делать, подумала Мэгги. Без толку объяснять, что в Северной Шотландии правят те, кто сильнее, и только так можно добиться справедливости. Только при помощи силы! Кто-то, гораздо сильнее Фергуса Кэмпбелла, должен проучить его. Мэгги вздохнула и сказала, что пойдет спать только после того, как посидит с Ианом, чтобы Кейт отдохнула, но, поднявшись наверх, обнаружила, что Кейт ухаживает за братом вместе с Джеймсом. Оба отказались от помощи, и Мэгги отправилась к себе.

Пожалуй, Ротвелл прав, ей действительно нужен отдых. Утро вечера мудренее, и завтра она найдет нужные слова, чтобы убедить Дугалда раз и навсегда покончить с Фергусом Кэмпбеллом.

Казалось, Мэгги уснула раньше, чем голова коснулась подушки, но проспала совсем немного. Она внезапно проснулась, не понимая, что ее разбудило, но ощущение тревоги заставило выбраться из постели и выбежать в коридор, накинув на плечи шаль. Из комнаты, где находился Иан, доносилось сдавленное рыдание.

На мгновение Мэгги замерла на месте, а потом побежала босиком по холодному каменному полу. Очутившись возле полуоткрытой двери, сквозь затуманившие глаза слезы она увидела Кейт, рыдающую в объятиях Джеймса, и сразу все поняла.

– Дорогая, мне так жаль…

Джеймс поднял глаза и неожиданно улыбнулся. Мэгги от изумления раскрыла рот. За ее спиной раздался голос Ротвелла:

– Иану стало лучше. Я только что послал Рори к твоему отцу, чтобы сообщить об этом, – он положил руки на плечи Мэгги.

– Правда? – девушка повернулась к нему все еще не в силах поверить. Иан будет жить? – она еще не видела мальчика – Кейт и Джеймс загораживали его собой.

– Посмотри сама, – Ротвелл подвел ее к кровати.

Глаза Иана были открыты, и он смотрел на сестру, но когда Мэгги подошла, перевел на нее взгляд.

— Почему Кейт плачет? Ее довел до слез Джеймс?

– Мой дорогой! – Кейт опустилась на колени перед кроватью. – Иан, любовь моя, ты будешь жить!

– Где я? Кейт, Фергус Кэмпбелл и еще несколько человек приходили в наш дом. Сказали, что…

– Тсс, тебе вредно говорить, дорогой. Ты в безопасности, и это главное. Джеймс быстро поставит тебя на ноги.

Джеймс присел возле Кейт и взял в ладони худенькую ручку мальчика.

Ротвелл отвел Мэгги в сторону.

– Нам не нужно оставаться здесь. Ты должна сейчас же вернуться в кровать, а то простудишься, стоя босиком на холодном полу. Неужели трудно было обуться? Что за безрассудство!

– Прекрати делать мне замечания! – Мэгги почувствовала, что теряет терпение. – Тебя не касается, как и в чем я хожу! Хочу – хожу босиком, и никто не вправе мне это запретить! Держи свое мнение при себе!

Они стояли в коридоре, и Ротвелл плотнее прикрыл дверь в комнату Иана, чтобы возмущенный голос Мэгги не потревожил мальчика. Только сейчас девушка ощутила, как холоден каменный пол, но не желала признаться в этом Ротвеллу и украдкой поочередно грела о щиколотку то одну, то другую ногу.

– Я твой законный муж, и это дает мне некоторые права, И кое-какими я хочу воспользоваться, – он многозначительно помолчал, чтобы Мэгги как следует переварила его слова. Она опять переступила с ноги на ногу. – Ты замерзла, моя маленькая жена?