– А теперь посмотрите вон туда. Эта высокая арка ведет на Эссекс-стрит. На реке она единственная в своем роде.

Мэгги с тоской взглянула на проплывающую мимо улицу. Как бы хотелось убедить своего спутника, что проще всего – причалить возле этой арки и дать ей возможность отыскать дом виконтессы! Но Мэгги уже достаточно хорошо понимала Карслея, чтобы не знать: он сразу откажет.

Она немного приуныла, и город уже не казался таким красивым. Если бы не собор Святого Павла, Лондон можно было бы принять за огромную гавань. Над рекой поднялся прохладный ветерок, и Мэгги поплотнее укуталась в шаль, рассеянно следя за проплывающими мимо лодками и вполуха слушая объяснения Карслея.

Неожиданно поток его красноречия иссяк. Девушка хотела спросить, что за мост виднеется впереди, но в этот момент лодка повернула к берегу. Одного взгляда на Карслея было достаточно, чтобы понять: они добрались до дома графа Ротвелла.

Сердце учащенно забилось. Дома, к которым они приближались, поражали своим великолепием. Мэгги только сейчас поняла, насколько чудовищен ее поступок в суде. Ни в коем случае нельзя было называть имя столь знатного господина! В уютной гостиной на Лондонском мосту она несколько расслабилась и решила, что все самое страшное позади, но теперь чутье подсказывало: все еще только начинается. Без сомнения, Ротвелл обладает в Лондоне достаточной властью и, судя по его дому, сказочно богат. Вряд ли он живет за счет одной арендной платы от земель в Северной Шотландии, ведь, кроме Мак-Друмина, больше никто не в состоянии ее платить. Господи, во что она впуталась?

Мэгги позволила Карслею помочь ей выбраться из лодки и подождала, пока он откроет калитку на верхней ступеньке лестницы. Приказав лакею расплатиться с лодочником, повел ее к дому. Мэгги чувствовала, что вот-вот поддастся панике и, злясь на себя за это, пыталась успокоиться. Дом как дом, твердила она себе, лакей – всего лишь лакей, чего бояться? Сделала глубокий вдох и огляделась.

Вид с парадных ступеней дома был захватывающим. И на секунду Мэгги забыла о своих страхах. Но Карслей не дал ей возможности полюбоваться пейзажем, крепко сжав локоть, он провел девушку через центральные двери, услужливо открытые еще одним лакеем. Едва они очутились в огромной гостиной, как перед ними вырос чопорный дворецкий.

– Филдз, где Его светлость?

– В библиотеке, господин Джеймс. Могу я…

Но Карслей не стал его слушать и потащил Мэгги через великолепный зал к винтовой лестнице под куполообразным потолком. Они поднялись и, пройдя мимо очередного лакея, оказались в библиотеке. Карслей остановился как вкопанный. Мэгги увидела перед собой сидящего за письменным столом элегантно одетого мужчину, взглянувшего на них с легким удивлением, и почувствовала огромное облегчение. Если этот человек и есть Ротвелл, то ей нечего бояться, потому что он – всего-навсего пустой щеголь.

Ротвелл с трудом скрыл изумление. Он не видел Джеймса вот уже две недели и не мог вообразить, по какой причине брат так неожиданно ворвался в библиотеку. И не один, а с какой-то потаскухой! Но поскольку редко давал выход своим эмоциям, то спокойно сказал:

– Привет, Джеймс. Разве мы договаривались о встрече? Боюсь, память меня подвела.

– Нед, твоя память тут ни при чем, и ты это прекрасно знаешь. Не только ты не ожидал меня видеть, я тоже не думал, что скоро приду в этот дом после нашей последней встречи. Мы тогда здорово поругались, но я пришел сюда не для продолжения ссоры, а совсем по другой причине. Надеюсь, ты меня понимаешь.

Ротвелл немного помедлил с ответом, забавляясь нелепой ситуацией.

– Джеймс, я давно привык к тому, что ты так путано изъясняешься. Наверное, должен предположить, что причина твоего появления чрезвычайно важна. Ты собираешься представить мне свою спутницу?

Джеймс вздохнул.

– Если ты думаешь, что я пришел просить денег, то глубоко ошибаешься, – его тон был сердитым.

– Но я приложил огромные усилия, чтобы не думать и не говорить об этом, и всего лишь спросил, собираешься ли ты представить мне эту женщину. Ты же ведешь себя так, словно я предположил, что ее вид должен наглядно продемонстрировать, до какой степени ты докатился.

Глаза молодой женщины гневно сверкнули, и Ротвелл невольно отметил про себя, что они зеленовато-карие. От внимания не укрылось и то, что лицо тщательно вымыто и волосы аккуратно уложены, но платье, частично прикрытое дешевой шалью, грязное и кое-где порвано. Несомненно, это уличная девка, но вид у нее такой, словно она собирается вступить с ним в разговор. Так и есть. Уже открыла рот, но ее опередил Джеймс:

– Нед, я ни до чего не докатился, мы бы не ссорились, если бы ты немного постарался меня понять. Ты очень великодушен по отношению к другим, но ничего не желаешь знать о моих истинных чувствах.

– Это не так, дорогой мой. Я знаю, ты пренебрежительно относишься к богатству и обращаешься ко мне за деньгами, только когда у тебя совсем пусто в кармане. Ведешь богемный образ жизни, что не вполне подобает джентльмену такого происхождения, как твое. Я не пытался подчинить тебя своей воле, так как ты пока не сделал ничего из ряда вон выходящего, и, очень надеюсь, присутствие в библиотеке этой молодой женщины ни как не означает, что ты упал совсем низко.

– Лорд Ротвелл, – не выдержала Мэгги, – я не позволю вам продолжать говорить обо мне, будто я уличная девка. Довожу до вашего сведения – это не так.