Поняв, что сейчас он от нее ничего не добьется, Гай встал и, подойдя к умывальнику, бросил себе в лицо и на голову пригоршню холодной воды, а потом вытер волосы полотенцем. В этот момент его желание словно умерло.

Сара посмотрела на него, и глаза ее потемнели; потом она отвернулась и собрала волосы в пучок.

– Давайте скажем правду. – Голос ее звучал почти обреченно. – Признаюсь, что пришла к вам именно за тем, что случилось ночью, однако я никогда не собиралась выходить за вас замуж.

– Но ведь вы согласились!

– Я согласилась с тем, что я вас хочу… хочу вашего тела, вот и все. Но выйти за вас было бы откровенным безумием!

Боль Гая превратилась в ярость, которая теперь шумела в его крови. Но был ли он на самом деле рассержен? Вряд ли. Скорее огорчен и смущен.

– Сара, ради Бога! Мы должны условиться о свадьбе прямо сейчас. Не забывайте: у вас, возможно, будет ребенок.

Сара отвернулась и покачала головой.

– Вам нельзя рисковать! – Гай постарался говорить как можно мягче. – Я вас люблю и хочу жениться на вас.

– Нет. – Сара подняла голову. – Ребенка не будет.

– У вас начались месячные?

– Нет, не в этом дело.

– Тогда в чем же?

Румянец разлился по ее лицу.

– Когда я вышла замуж, миссис Мэнсард решила, что будет благоразумней, если я подожду обзаводиться детьми. Пока все не уладится, сказала она. Возможно, она уже тогда предполагала, что Джону недолго осталось жить, и не хотела, чтобы я осталась вдовой, которая вынуждена одна растить ребенка. Вот она и показала мне, как пользоваться маленькой губкой с уксусом, и…

– Вы предохранились?

– Конечно. Видите, я не совсем безумна.

– Так вы задумали все это заранее?

Сара встала с кровати и, потянув одеяло за собой, закуталась в него.

– Прошу вас, Гай, будьте разумны! Все остальное было бы просто безрассудством!

– Вовсе нет, если бы мы поженились. Но если вы не имели намерения выходить за меня замуж, зачем тогда пришли ко мне в постель?

Сара опустилась в кресло.

– Потому что я вас хотела, разве не ясно?

Гаю вдруг показалось, что в душу ему насыпали целую гору арктического льда.

Подойдя к звонку, он потянул за ленту.

– Почему же все произошло именно теперь?

– Возможно, мне захотелось узнать то, что узнала Рейчел.

Гай резко повернулся, и полотенце упало с его бедер; он пинком отшвырнул его.

– Так это месть? Вы решили, что если я пользовался вашей кузиной, вам будет интересно узнать, на что это похоже? Неужели вам все равно, что я люблю вас и хочу на вас жениться?

– Вы думаете, – голос Сары превратился в шепот, – Что можете принудить меня к браку, если вам этого захочется, и вам достаточно принять меня в своей постели, чтобы тут же жениться на мне?

– Да нет же, нет!

– Тогда почему вы предположили… – Ее прервал стук в дверь.

Подойдя к двери, Гай послал слугу за горячей водой для его «жены» и чуть не рассмеялся. Какая злая ирония! Сара устремила взгляд на мокрое окно.

– Я пришла к вам в постель потому, что чувствовала отчаяние и одиночество, проснувшись внезапно от страха в темной комнате. Мне снилось, что Рейчел бежит через большой пляж к заливу, а прилив наступает. Я крикнула, что она окажется там в ловушке и утонет, но кузина была далеко и не слышала меня… Наяву одиночество Рейчел показалось мне еще более невыносимым. Она была совершенно одна среди чужих людей, когда ее малыш родился мертвым.

– Итак, вы пришли ко мне за утешением?

– Может быть, не знаю. – Сара встала, задрапированная в покрывало, словно статуя Афродиты. – Произошло бы все это, если бы я не знала о Рейчел? Наверное, нет.

Не дожидаясь горячей воды, Гай натерся щеткой, а потом вытерся полотенцем, словно хотел наказать свои мышцы за то, что они существуют.

– Надеюсь, вы не думаете, что все это сильно меня печалит? – небрежно сказал он. – Не думаете, что я почувствую себя беспомощным перед лицом этого хаоса? Я люблю вас и хочу верить, что вы тоже меня любите хотя бы немного.

Волоча за собой одеяло, точно шлейф невесты, Сара пошла к двери в соседнюю комнату.

– Люблю вас? – обернувшись, произнесла она. – Разве я уже не говорила это раньше? Я полюбила вас с тех пор, как увидела.

Гай надел рубашку.

– Тогда я не понимаю, почему мы не можем пожениться.

– Потому что это не одно и то же. – Сара положила руку на засов. – Рейчел мы так и не нашли; мы даже не узнали, зачем она переехала на Купер-стрит и кто отец ее ребенка. Единственное, что нам известно: она одна, ей страшно и она в отчаянии. Мы с вами увязли вместе в этом расследовании, а я постепенно увязала в своем безрассудном увлечении. Возможно, если бы мы встретились обычным образом – скажем, на каком-то званом вечере, – вы бы даже не взглянули на меня.