Любопытные воины остались далеко позади, сторожевой пункт на башне они прошли, и Несса вздохнула с облегчением. Но тут она украдкой посмотрела на красавца мужчину, шедшего рядом, и в ней тотчас же ожила напряженность, причем напряженность эта нарастала с каждым шагом. Собравшись с духом, Несса снова покосилась на мужа — отстраненного, холодного, но с тайным пламенем в сердце…

«Вот глупая, думай о чем-нибудь другом, — говорила она себе. — Думай о том человеке, к которому идешь!» Эта встреча пугала ее, и она предпочла бы, чтобы считалось, что ее, сам того не желая, соблазнил человек, которому она нужна только как кобыла, дающая законное потомство. После этой горькой мысли она приказала себе отвернуться от него и направить мысли в другом направлении. Несса так старательно игнорировала присутствие графа, что уткнулась в его широкую грудь, когда он шагнул вперед, чтобы остановить ее. Неожиданное столкновение было как вспышка молнии. Она посмотрела в серебряные глаза, горевшие огнем, и отскочила назад.

«Вот глупая! Такая реакция, да еще на краю пропасти — это невероятно опасно! Ни один нормальный человек так бы не сделал. Я показала себя полной дурой перед человеком, которому больше всего хочу понравиться». Отвращение к себе усилилось от признания, что она жаждет его одобрения. Граф сделал шаг и ухватил ее за плечи, чтобы поставить прямо, — его руки обжигали, лед может жечь, она это уже знала.

Увидев, как жена хмурится, граф хотел засмеяться, но удержался, чтобы она не подумала, что он высмеивает ее смущение.

— Ты старалась рассмотреть, что там внизу? — Он кивнул в темноту за стеной. — Я подумал, что лучше всего остановиться здесь, чтобы ты увидела полную картину.

Не убирая руку с ее плеча, он повернул ее к ближайшему просвету между зубцами. Оправдание для остановки не хуже любого другого, но он нашел способ отвлечь жену от тревожных мыслей.

Не желая смотреть в его глаза — будь они страстно-темные или сверкающие серебром, — Несса смотрела в пустоту через глубокую бойницу, откуда защитники крепости могли посылать огненные стрелы, а потом прятаться за высокие зубцы. Она была рада, что темнота скрывала ее покрасневшие щеки, а легкий ветерок остудит их до того, как они доберутся до места… Она понимала, что воинам на башнях не будет слышен их разговор, и гадала: в чем истинная причина остановки? У нее вдруг возникло ощущение, что сейчас наконец-то что-то прояснится…

Несса окинула взглядом холм — с этого холма она впервые увидела замок Таррант. Сделав глубокий вдох, она сказала себе: «Успокойся, скоро все кончится, все будет хорошо».

— Должен тебя предупредить, — начал Гаррик, — вряд ли отец отнесется к тебе доброжелательно — как и к любой другой женщине. — Граф боялся, он был почти уверен, что отец разгневается. А впрочем… Хотя они никогда не говорили на эту тему, Гаррик был уверен: отец хотел бы заиметь внуков, чтобы не угас их род, — это было совершенно естественно. И все же он не знал, чего ждать от отца.

Воцарилось молчание; Несса подумала, что муж ждет от нее какого-нибудь ответа, поэтому сказала:

— Мне говорили, что такова будет его реакция. — На деле она слышала более страшные обвинения, но не собиралась их повторять.

— Не сомневаюсь. — Он улыбнулся тому, как тактично она передала ужасные слухи, но его улыбка вдруг стала язвительной. — Этим прославились мы оба — я и отец… Как только ты осмелилась выйти замуж за Ледяного Воина? — Вопрос был нелепый, потому что он сам видел, что в мужестве ей не откажешь. — Не обращай внимания. Это доказывает, что ты храбрая и не дрогнешь перед отцом. — Он подал ей руку и добавил: — Чтобы притупить его удары, я решил не предупреждать его ни о помолвке, ни о поспешной женитьбе — чтобы он не успел собрать весь арсенал своих злобных нападок.

Несса приуныла: было очевидно, что она не сумеет понравиться старому графу.

Вскоре они дошли до Западной башни. Немного помедлив у двери, вошли, спустились на нижний этаж и прошли в коридор, разделявший этаж надвое. Несса с удивлением отметила, что здесь имелись всего две двери, по одной с каждой стороны. Ей никогда еще не приходилось видеть такую планировку, хотя, надо признаться, опыт у нее был небогатый. Гаррик постучал в левую дверь, но Несса со страхом смотрела на противоположную — она была увешана пыльными цепями и замками, которые выглядели так, будто их не открывали десятки лет. Какую страшную тайну скрывает эта дверь? Несса отругала себя за пустое любопытство и повернулась к двери, куда следовало войти. Дверь со скрипом отворилась, но лишь настолько, чтобы в нее просунулась голова на тощей шее. Тусклый свет из комнаты освещал почти лысую макушку и длинные спутанные волосы, свисающие на сутулые плечи. Несса чуть не задохнулась, но попыталась подавить страх. Подозрительные глазки недоброжелательно смотрели в упор. Как такое невзрачное, иссохшее создание могло произвести на свет столь великолепного мужчину, как ее муж?

Человечек попятился, открывая дверь. К удивлению Нессы, Гаррик прошел мимо него, как будто его и не было. Остановившись, он взглянул на жену и сказал:

— Отец, я привез в Таррант графиню.

Несса резко повернула голову и увидела, как из глубокого мягкого кресла у камина поднимается высокий плечистый старик. Рост такой же, как у сына. Густые седые волосы. По краям рта — глубокие морщины, прорезанные страданием. При виде такой впечатляющей картины Несса открыла рот в невольном «О!» — она по ошибке приняла за старого графа то убогое создание, которое открыло им дверь.

Тут Гаррик подошел к отцу, чтобы помочь ему снова сесть в кресло.

— Пиявки все толстеют, а я все слабею. — Лорд Уильям махнул рукой в сторону миски возле кресла; рукава с расстегнутыми манжетами болтались. — Дерворд обещал вылечить меня, если я три раза в день буду подставлять им свое тело, но я все слабею. — Голос был полон горечи.

Пока старик говорил, Несса пригляделась к нему. Исчезло первое впечатление, что он силен, как сын; несмотря на вздернутый подбородок и свирепое презрение во взгляде, которым он ее одарил, она видела, как старый граф исхудал и как дрожат у него руки и ноги.