Шрифт:
В его словах была неприятная правда, по крайней мере в отношении прошлого. Но не будущего. Тут я был полон решимости.
— Знаешь, — сказал Оуэн, — когда я тебя по-настоящему возненавидел, хотя не нравился ты мне давно? С самого начала. Так вот, когда я увидел твою голую задницу, которая ходила туда-сюда на жене моего отца.
Я встал и собрался уходить. Оуэн схватил меня за плечо и потащил к парапету. Я присел на корточки, упёрся одной ногой о парапет. Оуэн наклонился и начал поднимать. Моя нога соскользнула. Я оглянулся. Сзади ничего не было, лишь воздух, а далеко внизу море. Мне удалось развернуться и прижать Оуэна к парапету. На мгновение у меня появилась возможность перебросить его через перила. Но я этого не сделал. Не смог. Оуэн усмехнулся. Вдруг его глаза вспыхнули дикой злобой. Он широко расставил ноги и потянул меня наверх. И вот уже моя грудь была на парапете, я смотрел вниз на волны, нежно набегающие на полоску песка в трёхстах метрах внизу. Очень, очень далеко. У меня закружилась голова, я дёрнулся, пытаясь освободиться. Бесполезно. Он прижал меня к ограждению.
— Ты ведь знаешь, что случилось с тем, кто пытался нам угрожать? — пробормотал он.
Я молчал.
— Теперь слушай. Если сайту понадобится моя помощь, а, думаю, она понадобится, не смей стоять у меня на пути. Ты понял? — Оуэн приподнял меня, словно собираясь сбросить вниз, и ударил лицом о парапет. — Я спросил: ты понял?
— Да, — глухо отозвался я.
Он отступил на пару шагов, и я рухнул на землю. По щеке текла кровь.
— А теперь пошёл вон отсюда!
34
— Где ты был?
Я поднял голову.
— Доброе утро, Гай.
— Боже! Что с тобой случилось?
— Меня недавно едва не сбросили со скалы.
— Но какие в Мюнхене скалы?
— Я не был Мюнхене.
— Это мне известно. Вчера я пытался связаться с тобой, но ты выключил мобильный. В мюнхенский офис не заходил. Где ты находился?
— Во Франции.
— На вилле?
— Да.
— Виделся с Оуэном. Опять затеял с ним драку?
— Нет. Просто попросил прекратить угрозы и шантаж. Не внедрять вирусы в компьютеры конкурентов. Такая помощь сайту не нужна.
— Какие угрозы? Какие вирусы?
— Не прикидывайся, ты знаешь.
— Ничего я не знаю.
— Гай! Он меня чуть не убил!
— Послушай, у моего брата плохой характер. Тебе это хорошо известно. Но ты все равно поехал к нему и начал приставать с нравоучениями. Неудивительно, что тебе досталось. Неужели ты не можешь оставить его в покое?
— Лучше скажи ему, чтобы он оставил нас в покое.
— Чёрт возьми, ведь я именно поэтому и отправил его на виллу. Дэвид, ты сам напрашиваешься на неприятности!
На нас все смотрели, потому что Гай кричал.
— Ты дождёшься, что он кого-нибудь убьёт! — бросил я и вышел из-за стола. Надо было добавить «снова», но я не стал. Нас слышали.
Я весь кипел от злости. Мы с Гаем часто спорили, но никогда не кричали друг на друга, тем более в офисе. Это наша первая ссора при свидетелях.
На улице меня догнала Ингрид.
— Дэвид, подожди!
Я остановился. Она осмотрела моё лицо, потрогала царапину на щеке.
— Болит?
— Теперь уже не очень.
— Это сделал Оуэн?
— Да. Он даже пытался сбросить меня с площадки у парапета.
— Боже! — Ингрид зашагала рядом. — Зачем ты к нему поехал?
Я рассказал ей о Генри и о своём подозрении, что Оуэн внедрил вирус в компьютеры сайта «goaldigger.com». Об убийстве Доминик и Абдулатифа не упоминал, поскольку обещал Гаю.
— Я знала, что Оуэн странный, но чтобы настолько… — промолвила она, внимательно выслушав.
— Он не странный, он опасный. Очень.
— Как же ты решился поехать к нему?
— Глупо, конечно, но я не мог ждать. Оуэна необходимо остановить.
— Думаешь, тебе удалось?
— Наверное, нет. Но я хотя бы попытался. Нельзя позволять ему терроризировать людей.
— Чем закончился ваш разговор?
— Я пригрозил ему, что погублю сайт, если он продолжит свои пакости. Расскажу полиции и прессе.
— И ты это сделаешь?
Я остановился, посмотрел на Ингрид.
— Да.
Она отвела взгляд.
— Вот оно что.
— Ты считаешь, я не прав?
— Оуэна нужно приструнить, ты прав. Но делать это надо, не разрушая сайт. Он принадлежит всем нам, мы слишком много в него вложили, чтобы взять и просто развалить ради успокоения твоей совести.
— Значит, можно позволить ему бесчинствовать?
— Нет. Оуэн психопат, но мы не виноваты. Компания не должна страдать.
— Но это единственный способ остановить его.
— Существуют иные способы.
— Я их не вижу.
Я понимал: Ингрид отдала сайту год жизни. Мечтает добиться успеха. Но что делать мне?
Не сказав больше ни слова, я развернулся и ушёл. Догонять меня она не стала.
После поездки во Францию меня начали одолевать ещё большие сомнения. Когда Оуэн покинул компанию, я считал конфликт исчерпанным. Да, Оуэн опасен, но от него избавились. Нет, оказывается, он не сошёл со сцены, а наоборот. Беседа с Хойлом также вызвала много вопросов. Что намеревался предпринять Тони, узнав о сговоре Гая с Абдулатифом и о том, что младший сын, скорее всего, убил шантажиста, а старший — его жену? Вряд ли он хотел оказать им поддержку. Я вспомнил, что говорил Оуэн, собираясь сбросить меня с парапета. О том, что случилось с человеком, который им угрожал.