«С ВЕРНЫМ СЛУЖИТЕЛЕМ»!

Неужели этому бывшему толкователю, славящемуся тем, как он умел расположить к себе людей, удалось за считаные мгновения снискать благосклонность богини? Как?…

И негромкий, но вполне внятный ропот дал понять Омм-Гаару, что противиться проклятому Камню сейчас бессмысленно и даже опасно. Сама Аллианн назвала его своим служителем, своим верным служителем, и слово Той, для Которой светит солнце, едва ли оспорит даже Сын Неба в Первом Храме в Ганахиде.

«С верным служителем»!

Что ж, Стерегущий Скверну готов и на такую жертву. Караал, Караал!.. Неужели он МОГ ЗНАТЬ, что по пробуждении богини с ним поступят вот так?… Что из пленника, подлежащего пыткам и закланию, его словом богини возведут… вот так? Ведь он сам вызвался спуститься в грот Святой Четы, разбудить пресветлую владычицу, как того хотел и сам Гаар. Сам! И если знал… СКОЛЬКО же еще известно этому человеку, в покоях которого несколько лет назад нашли полуобгоревшие страницы из Книги Бездн?…

Омм-Гаар повернулся к выборным и изрек:

— Каждый из вас наделяется высоким правом возвестить о Пробуждении! Народ должен знать, ЧТО произошло сегодня в гроте Святой Четы! В культовом притворе Храма каждый из вас получил Жезл Правды, и отныне никто не посмеет усомниться в ваших словах. Идите! Возвестите тем, кто сомневается, о пришествии Владычицы!

…Через два дня толпы народа стеклись на площадь Гнева. Громадное возвышение водрузили посреди нее, и каждый мог видеть стоявших у трона церковных иерархов, аристократов и других — отца Гаара, Стерегущего Скверну; брата Моолнара, старшего Ревнителя Благолепия; Первого Воителя Габриата, светского правителя Ланкарнака и главнокомандующего армиями; прорицателя Грендама, чье слово в последние годы было крепко в народе.

Отдельно же от всех перечисленных, но ближе их к трону стоял человек в бледно-сером, длинном, до пят, одеянии. На голову его был накинут капюшон, практически не позволявший видеть черты лица этого человека.

Тот капюшон скрывал лицо бывшего Толкователя Караала. Человека, предавшего Храм и ушедшего к Леннару, а потом предавшего и Леннара и ставшего служителем милостивой Аллианн.

Такое единение столь разных людей было бы невозможно, не сиди на самом возвышении, под сенью священного знака Ааааму, чье истинное Имя неназываемо, Она — милостивая Владычица, Вторая из Святой Четы. Она — Аллианн.

Стерегущий Скверну возгласил славу Той, что пробудилась. Он сказал, что сам Податель веры, Верховный предстоятель, обещал прибыть в Ланкарнак, чтобы вознести молитву Аллианн!.. Стерегущий не стал уточнять сроков, когда именно это произойдет: путь из столицы Ганахиды в Ланкарнак занимает около месяца, и это при самых благоприятных обстоятельствах.

Омм-Гаар простер растопыренную пятерню в голубой перчатке и возгласил:

— Ниц!..

Площадь тотчас же покрылась телами простершихся перед Аллианн, Второй из Святой Четы. Стерегущий окинул площадь взглядом, и быстрая торжествующая улыбка прозмеилась по его толстым губам. Ну что же, он добился того, чего хотел. Никогда еще весь Ланкарнак не был залит единым порывом религиозного экстаза!.. Богиня пробудилась, пресветлая милостивая Аллианн, да святится Имя ее! Люди обнимали друг друга. Надежда, вернулась надежда на то, что кончится война, что снова под сенью светлой Аллианн развернутся голубые крылья Чистоты и мир снизойдет на измученную землю. Да будет так! Быть может, в самых мутных и нечестивых душах и разрастались сорные травы сомнений… но уж слишком единодушен был общий порыв, вынесший на площадь Гнева бурлящие потоки горожан!.. Слишком единодушен и захватывающ, чтобы кто-то мог сказать слово против, хоть одно слово неверия и сомнения.

Конечно, никто из горожан не слышал слов новоиспеченного служителя богини Караала, заметившего себе под нос:

— Этим народом слишком легко манипулировать. Сказались столетия под отеческим игом Благолепия, сказалось то, что их отцы, деды и прадеды привыкли прогибаться под Храм… К тому же Храм сумел найти НАГЛЯДНЫЙ символ единения. А что еще надо простолюдинам, как не идол, к ногам которого они могли бы свалить все свои чаяния, надежды, стремления?… Несколько дней пролетели единым мигом. В зале Молчания снова собрались иерархи ланкарнакского Храма, дабы обсудить последние события. Омм-Гаар не пошел к ним: он наблюдал за сборищем сверху, из маленького оконца тайной кельи у самого свода зала Молчания. С ним был старший Ревнитель Моолнар. Только он знал о существовании этой кельи, из которой можно было наблюдать за собраниями высшего клира, не обнаруживая себя.

— Я думаю, что успех полный, — отметил Стерегущий Скверну, зажигая свечи.

Омм-Моолнар почтительно склонил голову:

— Да, пресветлый отец.

— В армию хлынули добровольцы, так, что не успевают формировать новые воинские части, экипировать их и вооружать. Моленные дома Храма забиты, и все возносят молитвы во славу Аллианн и на погибель проклятых мятежников и еретиков, — увлеченно перечислял Стерегущий Скверну, глядя на вытянувшегося перед ним старшего Ревнителя Моолнара. — Из армий Леннара уже перебежало около пяти тысяч раскаявшихся. Правда, среди перебежчиков нет ни наку, ни беллонцев — те куда более закоренелые еретики и бунтовщики. И уж конечно нет никого из самих Обращенных… Ну что ж, те, кто раскаялись и вернулись в лоно Храма… Мы будем милостивы с ними. В ближайшем окружении Леннара сплошь закоренелые негодяи, они не придут под сень Пробудившейся, но… Но, быть может, среди перебежчиков найдется кто-либо, способный выдать Леннара или хотя бы указать место и время очередного его появления близ Ланкарнака. Наверняка они готовят ответный удар, а от этой отрыжки демона всего можно ожидать! Омм-Моолнар потер руки и произнес:

— Н-да… захватить Леннара — это было бы страшным ударом для мятежников. Им сейчас и так не сладко. Успех на нашей стороне, и все так быстро переломилось. Великое дело — вера. Ты хорошо рассчитал, ты все очень хорошо рассчитал, пресветлый отец…

— Да брось ты эти титулы, — отмахнулся Гаар, который, кажется, находился в неплохом расположении духа, что в последнее время было чрезвычайной редкостью, — называй меня просто братом Гааром, как тогда, когда мы с тобой оба были Ревнителями Благолепия. Захватить Леннара… да, это было бы прекрасно. Захватить и устроить ему аутодафе на площади Гнева, как мы хотели тогда, несколько лет назад, когда он сбежал с этим послушником Бреником прямо из клетки. Вот после казни Леннара и можно будет говорить о полной победе. Аллианн поможет нам склонить под нашу руку все земли, Верхние и Нижние. Наверное, только Дно миров нам не покорить, но мы туда и не станем соваться — пусть подыхают среди своих вонючих болот и отвратительных чудовищ! А Беллона… там будет видно. За несколько лет мы сумеем объединить все царства под властью Храма, и такой властью не обладали даже прежние короли-святители, имевшие право вступить в грот Святой Четы! Потому что они-то не пробудили богиню!