— Аи, осторожнее, собачка! — закричала Эми, когда несчастная животина, которую преследовал мясник, размахивающий огромным ножом, стрелой бросилась прямо под колеса.

Брэди вскрикнул. Эми закрыла глаза руками.

— Ох, дерьмо! — привычно воскликнул Коуди я с такой силой натянул вожжи, что лошадь захрипела. Но было уже поздно: громкий протяжный визг ясно говорил о том, что собака все-таки пострадала. Мясник не стал интересоваться ее дальнейшей судьбой. Он удовлетворенно кивнул головой, как бы говоря: «Так тебе и надо», — и направился к своему магазину.

Воспользовавшись тем, что лошадь остановилась, Брэди соскочил и бросился вслед за собакой, которая, хромая и жалобно скуля, улепетывала по узкому зигзагообразному переулку.

— Стой! — закричал Коуди, глядя, как мальчик скрывается в переулке. — Не трогай ее, она тебя укусит!

Но Брэди уже настигал дворнягу.

— Чтоб тебя разорвало!

Чувствуя, что его колотит, Коуди выскочил из повозки, бросился было вперед, но тут же вспомнил про Эми, которая сидела в фургоне, бледная от пережитого страха.

— Никуда не выходи! — предупредил ее Коуди. — Сиди, как сидишь, пока я не вернусь.

— Но Брэди…

— Я позабочусь о Брэди.

Устремившись вслед за мальчиком, Коуди надеялся, что тот не сделает попытки схватить раненое животное. Только Господь знает, на что способна обезумевшая от боли и загнанная в угол собака, тем более что Брэди совсем еще малыш! Сердце Коуди глухо стукнуло, когда он увидел стоящего в конце переулка мальчугана, застывшего как статуя. На руках он держал собачонку. Брэди уставился в землю, явно охваченный ужасом от того, что видит.

— Что случилось, Брэди? — тревожно спросил Коуди, подбегая к мальчику. — Эта дерь… дрянная собака тебя укусила?

Взглянув на Коуди расширившимися и остекленевшими глазами, Брэди медленно покачал головой.

— Тогда в чем дело?

Проследив за взглядом мальчика, Коуди все понял. Неподалеку на груде мусора, в окружении пустых бутылок, неподвижно лежал мужчина. Из раны на голове сочилась кровь, а правая нога была как-то неестественно вывернута. Правой рукой он прижимал к груди почти пустую бутылку виски.

Левой руки у него не было. Совсем. Она была отнята по самой плечо.

Коуди опустился на колена перед лежащим мужчиной; он быстро убедился, что тот еще жив, но вот нога у него точно сломана. От человека исходил тяжелый запах алкоголя. Коуди мог бы головой поклясться, что тот напился до поросячьего визга и упал, поранив себе голову и сломав ногу. Картер посмотрел на Брэди: мальчик молчал, прижав к груди скулящую дворнягу. Лицо было мертвенно-бледным.

— Он умер? — прошептал Брэди.

— Нет, ему просто нужен доктор. Ты помнишь, где контора шерифа?

Мальчик кивнул.

— Тогда беги туда со всех ног и приведи шерифа. И отпусти ты эту дерьмовую собаку! Может, она заразная. Глаза Брэди округлились:

— Добрая леди говорила, что тебе нельзя ругаться! Коуди едва не заскрипел зубами.

— Делай, как я сказал, Брэди. И поспеши!

Повернувшись, Брэди рванул так, будто за ним гнался сам дьявол. Но собаку он не бросил: в то время как его ноги отчаянно молотили дорогу, руки бережно поддерживали сие лохматое сокровище.

Минут через десять Брэди возвратился вместе с шерифом Херманном и, слава Богу, без дворняги: по пути он передал собаку на попечение Эми.

— Что тут произошло, Картер? — спросил шериф. — Твой парень прилип ко мне хуже пиявки.

Коуди отодвинулся в сторону, предоставляя шерифу возможность самому взглянуть на лежащего без сознания мужчину.

— Вот дьявол! И из-за этого ты вытащил меня из конторы?! Да это же просто Реб Лоуренс. У него очередной запой. Сегодня он проспится, а завтра снова нажрется.

— Но он ранен, шериф! — сказал Коуди, указывая на голову и ногу Лоуренса. — А где этот Реб потерял руку? — чуть помедлив, спросил он.

— На войне, — хмыкнул Херманн. — Сражался на проигравшей стороне.

— У него есть семья?

— Не-а. Хотя одно время была. Но когда он вернулся без руки, жена быстренько собрала вещички и смоталась. Насколько я знаю, у него вообще нет родственников. Старина Реб никого не интересует. Когда он не пьет, то немного подрабатывает. У него была небольшая ферма, да пришлось ее продать из-за долгов. Так себе ферма, но до войны она его кормила.

— Он ранен, шериф. Помоги мне отвезти его к доктору. Ему нужно лечиться.