– Слава Богу, что наших дорогих детей в их начинаниях все это время поддерживал мудрый наставник и советчик, – сказала Одри, возвращаясь на свое место.

– К сожалению, мне пора уходить, – смущенно откашлявшись, заявил мистер Коутс, теребя в руках шляпу. – Я лишь заехал на минутку, чтобы…

– Умоляю, останьтесь! – воскликнула Одри. – Нас с Эдит приводит в отчаяние одна мысль о том, что наше появление может расстроить ваши планы.

Немного поколебавшись, Лофтус снова опустился на стул, и Одри устремила взгляд на мисс Маллесон.

– А теперь расскажите нам, дорогая, как обстоят дела в агентстве, – попросила она.

Феба взглянула на Деверелла, как бы ища у него поддержки, потом, вздохнув, начала подробно отвечать на вопросы тетушек.

Пять дней спустя, лежа после бурного соития в своей теплой постели рядом с Девереллом, Феба, закрыв глаза, размышляла о тех переменах, которые за последнее время произошли в ее жизни.

Они заключались не только в том, что у нее появился страстный любовник, который даже сейчас обнимал ее так бережно и осторожно, как будто хотел защитить от неведомой опасности. Виконту удалось не только занять место в ее сердце, но и стать незаменимым человеком в агентстве.

Фебу поражало то, что не только в постели, но и в конторе на Кенсингтон-Черч-стрит, а также в темных переулках во время операций по спасению попавших в беду девушек Деверелл был всегда рядом с ней: не впереди нее, не вместо нее, а рядом, – это свидетельствовало о том, что он и впрямь считал себя ее партнером.

Открыв глаза, Феба посмотрела на виконта, который спал, уткнувшись лицом в подушку. Она не ожидала, что этот властный, привыкший командовать человек способен уступать, подчиняться, прислушиваться к мнению женщины. Лишь изредка, во время операций, когда Фебе грозила опасность, он порой пытался взять бразды правления в свои руки.

Разумеется, ему не нравилось, что Феба принимала участие в спасении девушек, но он вынужден был смириться с этим: попавшие в беду служанки больше доверяли женщине, чем мужчине. Феба, как никто другой, умела подбодрить их, вселить в них уверенность в том, что все кончится для них хорошо.

Феба как раз собралась посетить двух своих бывших клиенток и посмотреть, как они устроились на новом месте, и Джослин, узнав об этом, вызвался отвезти ее в графство Суррей, где служили девушки. Предварительно Эммелин написала им и попросила встретиться с мисс Маллесон в гостинице на постоялом дворе.

Утром Деверелл доставил Фебу в деревушку, где должна была состояться встреча и, сидя в стороне, терпеливо ждал, пока она наговорится со своими подопечными.

По дороге домой Феба думала об отношениях, связывавших ее и виконта. Были ли они партнерскими, и только? Согласившись вступить в интимную связь с ним, она и не подозревала, во что все это может вылиться, не знала, что существуют такие отношения, которые сложились между ними…

Может быть, им все же стоило вернуться к разговору о браке? И как теперь Джослин отнесется к идее, от которой она когда-то заставила его отказаться?

Коляску мерно потряхивало на ухабах, и незаметно подкравшаяся дрема помешала Фебе ответить на эти вопросы, но они продолжали преследовать ее даже во сне.

– Вот возьмите, дорогая, – сказала Одри, бросив на кухонный стол, за которым сидела Феба, листок бумаги с аккуратно написанными рекомендациями. – Могу ли я еще что-нибудь сделать для вас?

Взяв листок, Феба пробежала его глазами и улыбнулась:

– Пока этого достаточно. Я от всего сердца благодарю вас, вы нам очень помогли.

– Дайте мне знать, если вам снова понадобится моя помощь. – Одри повернулась и не спеша покинула кухню. Вот она попрощалась с дежурившей в конторе Эммелин, а затем хлопнула входная дверь..

Деверелл и Феба с улыбкой переглянулись. Когда возникла необходимость написать фальшивые рекомендации для мисс Спрай, Одри, не раздумывая, взяла это на себя. Одри и Эдит тоже охотно согласились составлять поддельные документы и в дальнейшем, понимая, что только таким путем могут внести посильный вклад в работу агентства. Виконт подозревал, что его тетушка, как творческая личность, с огромным энтузиазмом и изобретательностью подошла к этому делу, придумывая обстоятельства и отношения в большом доме, где якобы служила мисс Спрай; она меняла почерк со свойственным ей артистизмом и могла составить много рекомендаций от лица вымышленных дам.

– Эти документы, без сомнения, помогут Далси устроиться в дом леди Хантуэлл, – заявила Феба, откладывая в сторону составленные Одри рекомендации.

Кивнув, виконт снова с головой ушел в изучение счетов и бухгалтерских книг, а Феба глубоко задумалась. Она не лукавила, когда говорила Джослину, что для их агентства наступают жаркие денечки: в ближайшее время им предстояло провести сразу три операции по спасению девушек.

Вскоре из прихожей донеслись женские голоса – Эммелин о чем-то негромко разговаривала с посетительницей, но Феба не могла разобрать слов.