Франц не стал мелочиться и взял сапоги из дорогой кожи, пропитанной каким-то особым составом. Он считал что обувь – это не та статья расходов, на которой ему следует экономить. На оставшиеся деньги он купил в соседней лавке комплект нательного белья, новый пояс, а также писчий набор, стилизованный в виде дракона, и миниатюрную комнатную розу. Набор предназначался Ромму, а роза – Магде. Ему неудобно было прийти на ужин к мастеру с пустыми руками, без подарка. Магде нежная благоухающая роза тоже должна была понравиться. Франц знал, что комнатные растения в Ауроке принято дарить в знак благодарности и уважения.

До девяти еще оставалось время, поэтому он успел отнести покупки к себе. Заодно он предупредил Магду о том, что вернется поздно, и попросил не ждать его. Женщина огорчилась, когда узнала об этом. Она вовсю увлеклась идеей предоставления рецептов императорскому двору и хотела обсудить с Францем некоторые детали. Мастер, далекий от кулинарных премудростей, поспешил скрыться. Пурпурная роза оказала благотворное влияние на Магду, поэтому она с пониманием отнеслась к его чрезмерно поспешному бегству и не обиделась.

Франц постучался к Ромму, когда часы пробили две минуты десятого. Хозяин пустил его внутрь, пребывая в некоторой растерянности:

– Я рад, что вы пунктуальны, но ужин немного запаздывает. Простите ради бога… Моя служанка по рассеянности сожгла жаркое и теперь готовит его во второй раз. – Он сконфуженно развел руками. – Ужин переносится на десять. Так неудобно получается… не люблю заставлять людей ждать.

В свете последних событий это прозвучало довольно комично, и Франц невольно улыбнулся.

– Ничего страшного. – Он вручил Ромму подарок. – Я готов и вовсе отказаться от еды, лишь бы иметь возможность побеседовать с вами.

– Правда? – обрадовался тот. И не дожидаясь ответа, поспешно подвинул гостю мягкое кресло. – Прошу вас, присаживайтесь.

Франц сел, с облегчением вытянув ноги и отметив про себя, что новые сапоги выгодно отличаются от прежних.

– Замечательный набор, – похвалил Ромм его подарок. – Я поставлю его у себя в кабинете, если вы не против. А как вам сегодняшний день? Все остались довольны?

– Очень на это надеюсь. Вы были правы, они все хотели заполучить личные руны. Я выжат, словно ячменное зерно.

– Вот, выпейте… – Ромм налил ему полную кружку подогретого красного вина со специями. – Отлично восстанавливает силы. Оно некрепкое, не бойтесь.

– И как вы с ними только управляетесь? – спросил Франц, делая большой глоток и чувствуя, как по желудку разливается приятное тепло.

– А разве у меня есть выбор? – пожал плечами мастер. – Летом все еще не так страшно, но с усилением холодов забот заметно прибавляется. У людей обостряются старые болячки, и они вспоминают обо мне. В Таурине разве не так?

– Люди сначала обращаются к целителям, священнику.

– И Бог им действительно помогает?

– Иногда. – Франц вздохнул. – А иногда нет. В моей помощи нуждались торговцы или крестьяне. Им надо было всего понемножку. Но больше всего я занимался охранными рунами для стражников и охотников. Приходилось много работать с их оружием. Всем хотелось, чтобы оно и било без промаха, и не ломалось, и не ржавело без чистки…

– Лентяи! – поддакнул Ромм, наливая себе еще вина. – Они все одинаковые. Ко мне два месяца назад приходил стражник и просил начертать руну на его метательных ножах. Ему, видите ли, лень за ними всякий раз возвращаться.

– И что?

– Естественно, я ему отказал. Он сулил мне огромные деньги, но я все равно был непреклонен. Денег мне хватает. Золото – презренный металл: сегодня он есть, завтра его нет. Это очень глупая просьба, а руны, сами знаете, не любят глупостей. Они нас жестоко за них карают. На следующий день стражник вломился ко мне в дом пьяный и стал угрожать мучительной расправой, если я не сделаю, как он просит. Пришлось применить грубую силу.

– Странное поведение, – заметил Франц.

– Да, – кивнул Ромм. – Чем больше я над этим думаю, тем чаще мне кажется, что этот человек замыслил что-то нехорошее. Возможно, лень здесь ни при чем. Он хотел убить кого-то и обязательно забрать оружие, чтобы маги не смогли выследить по нему владельца.

– Да, мы надеемся, что каждая новая созданная нами руна послужит добру, но как мы можем знать заранее, так ли это?

– Знать будущее не дано, и это только к лучшему. – Ромм, несмотря на его заверения в том, что вино некрепкое, постепенно хмелел. Он уже заканчивал третью кружку, в то время как Франц допивал первую.

Когда служанка наконец поставила на стол жаркое, Ромм успел неоднократно пожаловаться Францу на свою тяжкую долю. Он то и дело пускался в пространные объяснения природы добра и зла. А так как мастер был человеком начитанным, то пересыпал свою речь всевозможными философскими и теософскими терминами. Франц, дабы не потерять нить разговора, тоже основательно приложился к кувшину, в результате чего оба мастера к концу ужина сильно опьянели.