Звук автоматного глушителя был похож на шипение целого клубка рассерженных змей. Хорошо, конечно, что никто не прибежит на выстрелы, но надо хоть кого-то предупредить о высадке разведгруппы. Ведь не пятерых же выбросили. Я бегло осмотрел себя: нет ли на мне пятен крови, и потрусил обратно, сожалея, что так и не обнаружил своих тапок. Похоже, придется сегодня ночью наведаться на склад.

Я так торопился, что выскочил на госпитальную площадь быстрее, чем успел осознать изменения, произошедшие за мое недолгое отсутствие.

На площадке перед госпиталем стояли колесный армейский грузовик, легкий гравиход и невиданная мною ранее толстобрюхая машина, похожая на самолет вертикального взлета. Было еще человек пятнадцать в камуфляжных комбинезонах, удивительно похожих на те, в которые были одеты убитые мной. Я сначала подумал, что это и есть основная часть десанта. А увидев в толпе одного из знакомых мне офицеров-территориальщиков, успокоился. Но что-то все-таки в них было не так. Через мгновение я понял, что. Все солдаты пахли точно так же, как и те, кого я убил на поляне. Конечно, диверсанты могли надеть такую же форму и почти наверняка могли воспользоваться подобным оружием. Но применять для стирки комбинезонов точно такое же моющее средство – это, по-моему, слишком.

Обходя этот базар по периметру ограды, я мучительно думал, что же мне со всем этим делать. И тут я натолкнулся на Рат Са. Она громко спорила о чем-то с невысоким плотным офицером в погонах алго да-ри (генерала территориальной контрразведки). Я уже почти проскользнул мимо, когда сквозь крики и гомон услышал имена: мое и Эрны. Неясное предчувствие почему-то сразу сжало мое сердце, и я подошел к ним.

– Гранги, где ты был?..

Я пожал плечами.

– Гулял. А в чем дело?

– Десант! – Она выдохнула это слово, как люди говорят о страшном суде. – Я боюсь, с Эрной что-то случилось. Мне сказали, ты принес вчера ее всю обожженную, санитарки мелют какую-то чушь про молнию, тут еще ты пропал, а с утра я пришла, а ее нет, мне сказали, якобы она увидела из окна, как ты уходишь, и побежала за тобой. Кто-нибудь вообще мне скажет, что тут происходит?!!

Она сыпала словами, словно крупой, и я несколько секунд осмысливал их, прежде чем ответить, но меня неожиданно прервал генерал.

– Это тот самый потерявшийся больной?

Рат Са кивнула.

– Ну и девочка ваша найдется.

– Вы не понимаете! Она уже давно должна была прийти. С ней наверняка что-то случилось…

Генерал терпеливо, видимо, уже в который раз, произнес.

– Мы обязательно найдем вашу девочку. Я уже послал на поиски своих людей. А пока я должен увезти вас в город, пока это не кончится.

– Никуда я не уеду! Это мой госпиталь, и здесь мои люди…

Я решил вмешаться.

– Алго, можно я попробую ее уговорить? – Я повернулся к ней и добавил: – Ратти! На два слова, можно?

Она посмотрела на меня, как на слабоумного. Потом, видимо, вспомнила, что она все-таки врач, и неловко улыбнулась.

– Ратти, ты знаешь этого парня?

Я говорил тихо, но внятно, совсем не желая, чтобы наш разговор подслушал стоявший недалеко от нас генерал. При этом я медленно вел ее к госпитальным дверям подальше от солдат.

– Нет, конечно. Но перед его приездом позвонил калтор да-ри Ша Риги…

– Этот? – Я кивнул на стоявшего неподалеку человека, которого сам знал как сотрудника «да-ри» – территориальной контрразведки.

– Да, это он…

– Ратти, это арлинги!

– Что за чушь, я знаю Риги много лет…

– Ратти, подумай внимательно, что может быть нужно арлингам в нашем чертовом госпитале. Ну!

– Почему ты решил, будто это арлинги?

– Да потому, что пятерых я уже прикончил.

– Ты?!! – Она криво улыбнулась. – Да ты даже ходишь с трудом!

Я уже довел ее до почему-то безлюдного сегодня госпитального холла, где стояла операционная тележка с хирургическими инструментами под белой тканью.

– Если я докажу тебе, что ты не права, ты мне поверишь?

Снова кислая улыбка, кивок головы.

– Интересно, как ты это сделаешь?

– Стена за тобой из пластобетона?

– Да…

– Ты знаешь кого-нибудь, кто мог бы пробить в нем дыру?

– Это невозможно, ты сам прекрасно знаешь. Если нам нужно что-нибудь повесить, мы это просто приклеиваем.

– Смотри!

Я откинул с каталки белоснежное, остро пахнущее антисептиком покрывало, и взял большой нож для вскрытия. Потом медленно выдохнул, словно выдавливая воду из легких, и коротким дугообразным движением послал его в стену. Сухо звякнув, нож до середины лезвия вошел в бетон.

Беспомощно оглянувшись и не веря своим глазам, Рат Са подошла к стене и, взявшись за рукоятку ножа, потянула его на себя. С таким же успехом она могла тянуть на себя замурованный крюк.

Я шагнул к ней, взял ее руками за плечи, развернул лицом к себе и слегка тряхнул, приводя в чувство.