Шрифт:
Она не способна на страсть. Она не может иметь мужа или детей. Она не имеет того, что большинство женщин считают само собой разумеющимся.
Сейчас выяснилось, что она не в силах иметь даже подобие брака. Она не может рассчитывать на дружбу и близость, не осложненную сексуальными ожиданиями.
Она была глупа и наивна, считая, что с Данте Дюклерком все будет иначе, чем с другими мужчинами.
Данте все еще не двигался. Флер отошла от окна и попыталась выбросить из головы все эти печальные мысли.
Она посмотрела на секретер и увидела письмо, уже написанное, но неотправленное. Оно предназначалось Хью Сидделу. Она отложила его отправку по причинам, которые и сама до конца не понимала, причинам, имеющим отношение к Данте.
Письмо будет отправлено утром.
Она более не станет притворяться, что ее жизнь изменилась и что она должна учитывать интересы мужа.
В конце концов, они не по-настоящему женаты.
И никогда не будут.
Глава 14
Данте вышел из клуба «Юнион» на Кокспер-стрит. Густой туман окутал город. Он видел, что надвигается туман, и пришел в клуб пешком.
Он колебался, возвращаться ему домой или нет. Интересно, Флер уже легла? Вероятно, нет. Она определенно дала понять, что впредь они не будут оставаться наедине, когда весь дом спит. Более того, она даже днем его теперь избегала.
Очевидно, она поняла, что соблазнить ее он может не только в тишине спящего дома. Его желание не ослабевало, а, напротив, набирало силу. Три ночи назад эпизод в саду это доказал. Всякий раз, когда он видел ее, когда они разговаривали, он мечтал о том, чтобы ее соблазнить.
Так или иначе, он направился в сторону Мейфэра. Он попытался выбросить из головы фантазию о том, что она ожидает его и что случившееся в саду может повториться. Более того, получит свое развитие и продолжение.
Воспоминания об обнаженном теле Флер и ее страсти полностью завладели им. Он вспоминал, как затем она сидела у окна, связанная с ним пусть не плотью, но хотя бы мыслями, и это притупило его сознание.
Удар застал его врасплох. Он был нанесен ему в плечо с такой силой, что Данте распластался на земле. Страшный пинок ногой в бок заставил его перевернуться на спину. Он инстинктивно закрыл руками голову. Очередной удар был нацелен именно туда, но пришелся по рукам.
На его тело обрушилась палка. Зарычав, он схватился за нее и постарался удержать, несмотря на боль в руке.
На него посыпались пинки.
– А, так ты еще сопротивляешься? Дай ему как следует за то, что заставил нас ждать столько времени на холоде.
Проезжающий по улице экипаж резко остановился. Кучер что-то громко крикнул, к нему присоединился еще один голос. Несмотря на туманящую сознание боль, Данте услышал топот ног бегущих к нему людей, а также тех, кто убегал от него. Он упал на тротуар, продолжая сжимать толстую палку.
– Проклятие, это ты! – услышал он голос Сент-Джона. – Слава Богу, что мной овладело любопытство и я последовал за тобой из клуба, чтобы узнать, о чем вы говорили с Кавано. Скажи что-нибудь, Дюклерк, чтобы я знал, что ты не умер.
– Я мертв только наполовину и жалею ту часть, которая осталась жить, – пробормотал он.
– Это пройдет.
Крепко взяв его за плечи, двое мужчин поставили его на ноги.
– Моя карета рядом. А теперь осторожно.
– Это причиняет мне боль большую, чем удары. – Данте попытался отодвинуть руку от прощупывающих пальцев Сент-Джона.
– Я должен проверить, нет ли у тебя переломов.
Данте сидел в кресле в библиотеке Сент-Джона, раздетый до пояса, а Сент-Джон производил осмотр. Диана Сент-Джон стояла позади, прижимая компресс к его плечам. Все это причиняло Данте страшную боль.
Сент-Джон велел ему двигать рукой и пальцами. Затем проверил целостность ребер.
– Будешь жить, – заключил он, – хотя не думаю, что это входило в планы нападавших.
– Их целью была кража. А где это ты научился всяким лекарским штучкам?
– На корабле в юные годы.
Сент-Джона, похоже, совершенно не беспокоило то, что он своими действиями заставляет Данте страдать. А вот Диана выглядела озабоченной.
– Этим ударом со спины они могли убить тебя, – сказала она, снимая компресс и прикладывая новый. Затем накинула одеяло ему на плечи. – Несколько дюймов выше – и удар пришелся бы по голове.
Она обошла Данте и осмотрела его руку. Их возвращение домой подняло ее с постели, и ее каштановые волосы сейчас были распущены и волнами падали на халат.