– Ты уверен? Я думаю, что тебе нужна не такая женщина, как я.

– Я не хочу никого другого.

– Я никогда не научусь готовить, как Тайлер, и вести домашние дела, как Бетти.

– А я и не надеялся на подобное чудо.

Монти покрывал страстными поцелуями шею Айрис, сводя ее с ума.

– И частенько буду спорить с тобой.

– Мне всегда нравятся острые ощущения, которые дает любая схватка.

Он снова пробежал губами по шее Айрис. Девушка попала в затруднительное положение. Ей приходилось выбирать: или она оттолкнет Монти, или лишится чести прямо на ступеньках дома.

– Я постоянно буду пытаться следовать за тобой, отказываясь оставаться дома и убирать постели.

– Я построю для тебя новый дорожный фургон. И нам не придется заниматься любовью в кустах.

Монти попытался расстегнуть верхнюю пуговицу ее блузки, но Айрис отстранила руку юноши.

– Но мы не будем заниматься любовью и на ступеньках. Так что успокойся, сядь и приди в себя.

– Только в том случае последую твоему совету, если скажешь, что не любишь меня.

– Я никогда не смогу этого сказать. Монти предпринял еще одну попытку. Айрис ответила на страстный призыв, сладострастно вскрикнув.

В это время Ферн, сидя в кресле, спросила у Мэдисона:

– Как ты думаешь, мне выйти?

– Ни в коем случае.

Ферн начала приподниматься.

– И к окну не подходи.

– Не доверяю выдержке Монти. Боюсь, он воспользуется своим превосходством прямо на крыльце.

– Ничего страшного. Если это и произойдет, никто, кроме коров, не увидит. – Мэдисон обхватил талию жены и покрыл поцелуями ее щеку. – Кроме того, разделяю его великолепную идею. Так как в доме много спальных комнат, мы можем последовать их примеру.

– Ты неисправим, – заметила Ферн. – Как, впрочем, и все Рандольфы.

– Знаю. Но при этом мы сообразительны. Пойдем.

– Но я беременна.

Мэдисон ласково подтолкнул жену к спальне.

– Да, но пока не очень сильно.

Они сидели на крыльце, крепко прижавшись друг к другу, и наблюдали за закатом солнца. Не было ничего необычного в привычном явлении природы – просто огромный оранжевый шар катился по голубому небосклону. Но Айрис картина показалась грандиозной и впечатляющей.

– Ты не будешь возражать, если я отдам Карлосу ранчо? – тихо спросила девушка.

– Я думал, ты уже отдала.

– Только половину. Но хочу отдать все.

– Не возражаю. Но почему ты обязательно хочешь сделать это?

– Роберт Ричмонд не был моим отцом, но дал мне имя. Я только так могу отблагодарить его сына.

Монти не удержался от усмешки.

– И это после всех трудов, затраченных на перегон стада!

– Хм, хлопотное дело было, не правда ли?

– Да нет, никаких проблем. Не понимаю, о чем ты? Айрис толкнула Монти в бок. Он от души рассмеялся. Некоторое время они сидели молча. Затем и Айрис от души рассмеялась.

– Ты помнишь, как отчаянно я держалась за это стадо? А теперь, когда оно здесь, я отказываюсь от него. Я осталась без гроша, чего и боялась больше всего на свете. – Девушка снова засмеялась. – Я такая же сумасшедшая, как все вы, Рандольфы.

– Ну что ж, тогда добро пожаловать домой, – ответил Монти и нежно поцеловал Айрис.