– Так ли это? Он ведь не отходил от тебя неделями! По правде говоря, редко кто из любовников или мужей так отдает себя любимой. Ты бы правильно поступила, если б завладела им, пока это в твоей власти.

– Стоит ли это вообще делать?

– Но у тебя нет никакой профессии, на которую ты могла бы рассчитывать.

– У меня есть духи, – упрямо проговорила Элен.

– Да, они у тебя есть. Кстати, и мне не помешает флакончик. Я рассказала об этом моему любовнику, и он дал мне денег. Он любит меня до безумия и дает мне все, что только я ни пожелаю.

Элен огляделась, ища Дивоту, чтобы послать ее за духами, но оказалось, что в какой-то момент разговора с гостьей ее горничная исчезла из комнаты. Жози трещала не умолкая, перескакивая с одной темы на другую, – начиная со смерти Мазэна и последовавшим затем походом по нескольким магазинам в поисках траурного платья до вечеринки на борту судна, устроенной Бернаром Мариньи для нескольких своих друзей мужского пола и двух или трех женщин, одной из которых оказалась Флора. О духах забыли.

Элен вспомнила о них, вероятно, через полчаса после ухода Жози. Она тотчас же повернулась к Дивоте, спросив:

– Почему ты не передала бутылочку для Жози?

Дивота молчала, с суровым выражением лица убирая со стола на поднос тарелки с крошками от пирожных и чашки из-под кофе, из которых пили Элен и ее гостья.

– Что-то не так? – удивленно спросила Элен.

– Все в порядке, дорогая. Тем более теперь, когда ты с каждым днем становишься все сильнее.

– Это из-за духов, не так ли?

Внезапно в памяти Элен пронеслись события недавних дней. Дивота принесла духи для нее, когда она просила их для Эрмины. Три дня до этого Райан воздерживался от прикосновения к ней в постели, а потом, когда она вновь воспользовалась приготовленными духами, как магнит приник к ней. Слова Жози эхом отозвались у нее в ушах. Преданность. Не отходилотнеенеделями. Посвящение.

Молчание Дивоты она расценила как согласие.

– Ты заменила недостающие ингредиенты, – продолжала Элен.

– В противном случае это не сработало бы.

– Это не работает сейчас! Ты не имеешь права никому сообщать такую силу!

– Я думала, что ты не веришь в это.

– Как я могу не верить? – в отчаянии закричала Элен.

– Сила становится особенно необычайной, если в нее верят... и вообще знают о ней...

– Но это не означает, что она не сработает? Не так ли?

– Нет, chere.

– А те, другие, Серефина и Жермена, они знали, что именно купили? – медленно произнося слова, спросила Элен.

– Они знали.

«Конечно, знали, они ведь с Сан-Доминго. Многие из них последовательницы культа вуду и хорошо знакомы с его тайнами. Эрмина не знала, и Эрмина умерла».

– Ты сказала им, но не мне, – проговорила Элен.

– Я так поступила, потому что думаю о твоем будущем! Ты должна была выйти замуж за Райана, поэтому это не имело никакого значения.

Элен внимательно посмотрела на свою служанку, глаза ее потемнели от сознания предательства Дивоты. Она все-таки думала, что любовь Райана, его преданность вызваны ею самой, без помощи духов.

– Это имело значение, – отрезала Элен.

– Поверь, его любовь настоящая. Он полюбил тебя лишь из-за тебя самой. – Слова служанки повисли в воздухе.

Элен закрыла глаза, почувствовав вдруг безумную усталость. Спустя некоторое время она услышала звон фаянсовой посуды и удаляющиеся шаги Дивоты.

Элен лежала спокойно, пытаясь справиться с тем, что узнала. Значит, духи оказались совсем не такими, как она думала...

Потрясенная однажды их удивительным свойством подчинять, покорять, пленять, она теперь превратилась в рабу этих духов. Никто так не зависел от их власти, как она...

Как только Элен почувствовала себя достаточно крепкой, чтобы сменить ночную сорочку и утренний халат на утреннее платье из желтого батиста, расшитого зелеными листьями и виноградными лозами, чтобы избавиться от подушек и дивана, то сразу же спустилась по лестнице на первый этаж, в мастерскую. Элен двигалась с осторожностью не только из-за слабости после болезни, но еще и потому, что не хотела привлекать внимания Дивоты. Горничная не одобрила бы того, что она собиралась сделать.

В мастерской Элен нашла пустую банку из-под оливкового масла – керамический сосуд в форме громадной улитки. Она предпочла бы ведро, но поскольку его не оказалось, пришлось воспользоваться тем, что нашла. Поставив сосуд на прилавок, служивший рабочим столом, она взяла бутылку, в которой находились остатки духов, приготовленных Дивотой. Сняв пробку, вылила содержимое в банку из-под оливкового масла. Отставив пустую бутылку в сторону, Элен потянулась, чтобы собрать маленькие, перевязанные голубыми ленточками флакончики, которые приготовила на продажу. Она взяла один из них в руку и провела указательным пальцем по стеклянной поверхности.