— Без проблем, — откликнулся тот, отталкиваясь от капота машины. — Я только что получил несколько канистр из Бельгии. Первоклассная штука. Никто даже не успеет сообразить, в чем дело.

Билли кивнул. На Джеффа можно было положиться. Именно поэтому все и хранилось у него дома. Включая мобильные телефоны.

— Хорошо. В любом случае у нас еще есть несколько дней. Пижама, звякни им завтра и узнай, собираются ли они появиться на этот раз.

— И скажи, чтобы они не привлекали к себе внимания полиции, — добавил Даррен. — Похоже, стукачей в этом клубе больше, чем в кабинете тори.

Билли улыбнулся. Приятно было снова оказаться в атмосфере привычных шуток.

— На этой неделе я слегка перегружен. Как насчет следующего четверга? — Он окинул присутствующих взглядом и, когда возражений не последовало, добавил: — Тогда заметано. Только на этот раз будем встречаться не в «Болейне», а в каком-нибудь менее заметном месте.

— Как насчет «Святого Георгия»? — предложил Стретч. — Я знаю, что это фанатский паб, но мы туда уже довольно давно не заходили.

Билли кивнул.

— Годится. Тогда где-нибудь в половине девятого. Ну так что, мы пьем пиво или как? Ставит Хок.

Через несколько минут вся компания уже двигалась по Грин-стрит по направлению к «Болейну» — их излюбленному пабу в дни проведения игр. Для неосведомленного наблюдателя они представляли собой просто полдюжины парней, направляющихся на футбольный матч, однако понимающие видели в них нечто большее. Дорогие костюмы и врожденное высокомерие являлись их столь же неотъемлемой чертой, как униформа для полицейского, подозрительно следившего за ними.

Внезапно остановившийся Билли разразился целым потоком нецензурных выражений, затем добавил:

— Я оставил телефон в машине. Идите, я догоню.

— Вы замечаете, что он каждый раз выкидывает подобные номера? — рассмеялся Стретч. — В лепешку разобьется, лишь бы не проставляться.

Билли посмотрел на него с видом оскорбленной невинности.

— Ах ты толстяк… Подавись.. — Он было полез в карман за бумажником, но и того не оказалось на месте. С трагической усмешкой он осознал, что и его оставил в машине. — Дашь в долг, Хок?

Все разразились хохотом.

— Твою мать! — гоготал Джефф. — Ну и ловкач! Эванс, у тебя совесть есть?

Билли выждал, когда смех немного утих, и, сдаваясь, поднял руки.

— Давайте, валяйте. — Он повернулся и двинулся обратно к стоянке, качая головой и мысленно ругая себя на чем свет стоит. Он знал, что теперь они его не оставят в покое весь вечер.

Он уже собирался выйти на проезжую часть, когда прямо перед ним начал притормаживать белый микроавтобус. За запотевшими окнами виднелись лица пассажиров, встревоженных пробкой, в которую они попали. Билли мгновенно понял, кто это такие, и остановился, с невозмутимым видом встречая устремленные на него взгляды и внутренне усмехаясь при мысли о том, что в это время творилось в головах зрителей. Столкнись они в другом месте при соотношении сил как минимум один к десяти, они бы, не раздумывая, высыпали наружу и устроили потасовку. Однако сейчас это было невозможно, если они, конечно, хотели вернуться домой в целости и сохранности. Здесь нарушение демаркационной линии могло привести к самым непредвиденным последствиям. Атмосфера была накалена до предела, хуже, чем в Ньюкасле.

Билли встретился глазами с пацаном, сидевшим на заднем сиденье, и несколько секунд не сводил с него взгляда, чувствуя, как тому становится явно не по себе. Его так и подмывало подскочить к окошку и прокричать какую-нибудь угрозу. Но дело кончилось тем, что он просто подмигнул ему и рассме— ялся, когда пацан испуганно отпрянул и отвернулся. «Вот деревня!» — подумал он.

Вереница машин снова двинулась вперед, и Билли, перед тем как перейти дорогу, помахал ребятам рукой, одновременно отметив про себя адрес фирмы по аренде машин, который был написан сзади, что подтверждало его догадку о том, что это были приезжие с южного побережья. Однако в тот момент, когда Билли уже почти достиг тротуара, он с изумлением услышал отчетливый хлопок закрывающейся металлической двери, обернулся и не смог сдержать улыбки при виде четырех парней, не спускавших с него глаз и отчаянно пытавшихся затеряться среди прохожих.

— Да вы что, охуели?! — вслух произнес он. Автомобильная сирена заставила его подпрыгнуть, и, извинившись, он поднялся на тротуар, пропуская машину. Когда он снова оглянулся, то заметил, что один из саутгемптонских парней оторвался от толпы и переходит дорогу — не то чтобы прямо по направлению к нему, но под таким углом, чтобы отрезать ему возможность отступления слева. Затем появился другой, отрезая ему дорогу направо. И тут Билли понял, что он попал. Перед ним были явно не простаки, а настоящие бойцы. А получить взбучку от провинциалов с южного побережья ему не хотелось точно так же, как и от кого бы то ни было другого.

Билли огляделся и увидел, что через ничего не подозревающую толпу к нему пробираются еще двое, не без раздражения отметив, что вокруг не было никого, кроме салаг и фанатов.

— Твою мать! — с чувством произнес он, пытаясь сообразить, что бы такое предпринять. — Это может быть неприятно.

Ни тот, ни другой не вызывали у него желания махать кулаками — в такой толпе можно было только драться, а он почти не сомневался в том, что окажется на земле со всеми вытекающими из этого последствиями. У него оставался только один выход, и он воспользовался им без колебаний: Билли вышел на проезжую часть. Не обращая внимания на возмущенные гудки машин, он развернулся и двинулся в нужном ему направлении. Раздражение уступило место негодованию. Давно уже фаны из других клубов не осмеливались наезжать на кого бы то ни было в такой близи от Аптон-парка. Но что было еще хуже, так это то, что они попытались наехать именно на него. Эти суки заплатят так или иначе. Может, прямо сегодня, а может, через год. Но они заплатят за это.