Она обернулась к сказавшему это молодому человеку и смерила его холодным взглядом. Но сие не возымело никакого действия, и он сердечно улыбнулся ей в ответ. И Алиса мгновенно осознала свою оплошность: очень похож на герцога, явно его родственник, скорее всего, младший брат, Тристан. Тот самый человек, которого Алисе непозволительно обижать, если она питает надежду пристроить у него своих немногочисленных помощников.

– Мисс Каррингтон, очень рад видеть вас снова! – шагнув навстречу, произнес герцог, чтобы вызволить ее из состояния немого оцепенения. – Надеюсь, та небольшая неприятность не привела к травме.

– Я невредима, ваша светлость, уверяю вас, – ответила она скупо. – Весьма любезно с вашей стороны проявить такое участие ко мне, благодарю.

Последняя фраза, которую следовало бы воспринять как отповедь, наоборот, его порадовала. В черном креповом платье, так же плохо пригнанном, как и другие ее наряды, она казалась еще худее и гораздо бледнее, чем прежде. Но душа ее не пострадала. И Морган был безмерно рад ее видеть.

– Мисс Каррингтон, позвольте представить вам моего брата лорда Тристана Эштона, его суженую мисс Каролину Грэнтем и сестру Каролины леди Присциллу Огден.

Алиса приветствовала их глубоким реверансом.

А они, надо сказать, впечатляли! Тристан, не такой высокий, как герцог, но того же телосложения, с широкими, сильными плечами, был чрезвычайно хорош в своем двубортном кафтане из темно-синего бархата, который очень шел к его глазам цвета голубого сапфира. От него не исходил дух повелительной властности, столь естественно присущий старшему брату, но было видно, что с ним следует считаться. Его невеста, Каролина, небольшого росточка, прехорошенькая – сплошь золотистые кудряшки да розовые щечки, в прелестном наряде: дорожное платье из розового атласа, широкополая соломенная шляпа с отделкой из розовой атласной ленты в тон платью и с вуалеткой из белых кружев, была само воплощение женской элегантности. И Алиса сразу ощутила все безвкусие своей одежды. Затем заметила, как мало сестры схожи меж собой. Леди Огден – в отличие от белокурой сестры темноволосая и не такая обворожительная, как Каролина, но по-своему красивая женщина – была облачена во все черное, траурное.

– Нас не известили, ваша светлость, о предстоящем вашем приезде, – с упреком сказала Алиса. – Если б мы знали, мы бы подготовились к встрече, обеспечив больший комфорт вам и вашим гостям.

– Боюсь, что в этом виновата я, леди Алиса, – заговорила мягким, нежным голосочком Каролина. – Когда Морган рассказал нам о своем дивном свадебном порядке, я убедила Триса ехать смотреть имение немедленно. Мы не очень вам помешали?

И Алиса помедлила с ответом, утратив уверенность. Ведь никакого права раздражаться у нее уже нет, ибо имение принадлежит герцогу. По сути, она-то и создает бестолковую ситуацию.

– Слугам бы хотелось произвести на вас хорошее впечатление, – проговорила она неторопливо и уже менее резким тоном. – Надеюсь, вы не станете судить их слишком строго.

– Ей-богу, нет! – заверила Каролина. – И Морган говорил нам, что слуги здесь очень умелы. Мы пробудем часа два-три, не больше. К вечеру нас ждет у себя герцогиня, в Рэмзгейт-Касле.

«Герцогиня? Жена герцога? – И горечь сожаления волной захлестнула Алису, больно ударила в сердце, оставив в нем глубокую рану разочарования. – Но человеку такого масштаба, как герцог, естественно быть женатым. Интересно, сколько у него детей?» – она украдкой глянула на герцога, но ничего не почерпнула из выражения его лица.

– Быть может, чуть позже вы нас поводите по дому? – спросила отчужденным тоном леди Огден.

Алиса уставилась на нее, лишившись дара речи. «Что бы такое ответить? Как уклониться, не показавшись невежливой? Но разве можно согласиться и потом испытывать унижение, водя чужих людей по дому, который уж не мой?» – думала она, нервно теребя черную ткань своего платья. Она осторожно взглянула на герцога, но лицо его оставалось непроницаемым. Помощи от него не будет.

Все ждали, полагая, что она согласится. Не найдя достойного выхода, Алиса сдалась. С трудом изобразив на лице сияющую улыбку, выдавила:

– С удовольствием повожу вас после чая. Извините, но я должна посмотреть, почему задерживается Перкинз. Когда будете готовы, позвоните в колокольчик.

Алиса сделала поспешный реверанс, всем вообще и никому в частности, и проскользнула в дверь прежде, чем кто-нибудь попробовал бы остановить ее.

Показ всего дома оказался для Алисы не просто неловкостью, но мучением. Обход начали с самого верхнего этажа, посмотрев сначала комнаты в антресолях, предназначаемых, как правило, для слуг.

Алиса и не помнила, жил ли здесь когда-нибудь кто-то из слуг, но то, что комнаты пустовали многие годы, было очевидно. Им попадались не прибитые половицы, треснувшие оконные стекла, поломанная мебель и везде хлопья пыли. В углу одной из комнат обнаружили семейку мышей, что ввергло Каролину в легкую истерику. Но когда грызуны бросились врассыпную, она завопила по-настоящему и вцепилась в Тристана так, будто ее сейчас съедят заживо. Тристан счел это весьма забавным и потом получал огромное удовольствие, выслеживая мышей почти в каждой комнате, в которую они заходили.